?

Log in

Михаил Владимирович Александров
Политолог
Recent Entries 
Михаил Владимирович Александров
Стало известно о новых фактах помощи со стороны США террористам в Афганистане. Об этом рассказала представитель российского МИДа Мария Захарова. Ведомство заинтересовалось подозрительной активностью военных на востоке Афганистана. Появились сообщения о неопознанных вертолетах, которые доставляют боевиков ИГИЛ (запрещена в РФ), а также вооружение для них. Благодаря такой поддержке террористы занимают все новые рубежи. Сейчас им удалось завладеть большей частью важного пещерного комплекса в провинции Нангархар.  "Депутат нижней палаты парламента Афганистана господин Кадыр, представитель племен, ополчение которых охраняет пещерный комплекс, публично заявил, что вышеупомянутые военные вертолёты принадлежат американцам", — сказала Захарова.

Кстати, разоблачают американцев и другие страны. Сегодня стало известно, что Тегеран готов обнародовать доказательства прямой поддержки террористов "Исламского государства" со стороны США. Власти утверждают, что могут назвать локации, где боевикам передавали оружие, провизию и медикаменты. Стало известно о новых фактах помощи со стороны США террористам в Афганистане. Об этом рассказала представитель российского МИДа Мария Захарова. Ведомство заинтересовалось подозрительной активностью военных на востоке Афганистана. Появились сообщения о неопознанных вертолетах, которые доставляют боевиков ИГИЛ (запрещена в РФ), а также вооружение для них. Благодаря такой поддержке террористы занимают все новые рубежи. Сейчас им удалось завладеть большей частью важного пещерного комплекса в провинции Нангархар.

"Депутат нижней палаты парламента Афганистана господин Кадыр, представитель племен, ополчение которых охраняет пещерный комплекс, публично заявил, что вышеупомянутые военные вертолёты принадлежат американцам", — сказала Захарова. Кстати, разоблачают американцев и другие страны. Сегодня стало известно, что Тегеран готов обнародовать доказательства прямой поддержки террористов "Исламского государства" со стороны США. Власти утверждают, что могут назвать локации, где боевикам передавали оружие, провизию и медикаменты. Ранее бывший президент Афганистана Хамид Карзай дал эксклюзивное интервью Fox News, в котором подверг жесткой критике действия США в его стране. По его мнению, Америка — не борец с терроризмом, а создатель и верный союзник ИГИЛ. Он рассказал, что до сих пор ему постоянно докладывают о появлении в небе над страной неопознанных вертолетов, которые сбрасывают боевикам оружие. По словам Карзая, появление этих вертолетов "должны объяснить США".

"Правда.Ру" обратилась за комментарием к Михаилу Александрову, ведущему эксперту Центра военно-политических исследований МГИМО, доктору политических наук.

— Все больше набирается прямых фактов того, что Америка координирует все действия ИГ, по указке США они развязывают войны там, где это нужно американцам. Удивительно, что со всем миром воюет одна страна, и ее урезонить никто не может. Как вы оцениваете последние новости?

— Я давно говорил, что США создали ИГИЛ для решения своих геополитических проблем в Сирии. У нас же долгое время их продолжали именовать партнерами, говорили про союз США в борьбе с терроризмом. Мы сами себя обманывали, дезориентировали общественность — и нашу, и международную. Надо было сразу показать роль США в создании ИГИЛ, что они поддерживают террористов, что они только имитируют борьбу, а на самом деле вбрасывают им оружие, тренируют боевиков, позволяют торговать нефтью. Они ведут закулисную, двуручную игру.

То, что ИГ начали перебрасывать именно в Афганистан, вполне понятно. Талибы являются национальным движением Афганистана, талибы нам, России, да и соседним странам никогда не угрожали. Они заняли Афганистан, освободив свою Родину от моджахедов. Нас выдавили из Афганистана моджахеды, а талибы разгромили моджахедов, и с тех пор они не переходили границу. Наркоторговцы переходили, но это совсем другая история. Поэтому нам бояться талибов особого смысла не было. Вместо того, чтобы понять подноготную, мы помогли США разгромить Талибан.

США нас использовали, обосновались в Афганистане, создали там базы против нас и против Китая. А теперь они хотят ИГИЛ из Сирии перекинуть туда, чтобы он навел ужас на нашу Центральную Азию и на Китай в Синьцзян-Уйгурском автономном округе. ИГИЛ туда перебрасывают, чтобы они вступили в борьбу с Талибаном. А после того как мы начали оказывать поддержку Талибану в борьбе с ИГИЛ, американцы нас стали обвинять, что мы поддерживаем международных террористов.

Я считаю, что мы сейчас должны вычеркнуть Талибан из списка террористических организаций и оказать ему военную помощь против США. Так же, как США помогали моджахедам, "стингеры" им поставляли. Американцам нечего делать в Афганистане, их надо выбить. Они только вредят там. Ситуация в Афганистане никак не успокоится. Они уже больше 10 лет там присутствуют и продолжают вести войну. И там растет наркоторговля, а теперь и ИГИЛ там появился, под их крылом.

— С помощью ИГ, получается, будут сдерживать Иран, Афганистан, Россию, Пакистан, Филиппины… США же интересуют страны не только геополитически, но и ресурсно, они вторгаются туда, где есть чем поживиться: газ, нефть… Такой план? Он сейчас меняется?

— ИГИЛ был создан для того, чтобы свергнуть режим Башара Асада чужими руками, а потом войти туда самим под предлогом разгрома ИГИЛ. Его создали, он начал успешно воевать против Башара Асада. Когда мы вмешались, стало понятно, что ИГИЛ уже не может победить. США начали создавать новую сирийскую армию вместо ИГИЛ, потому что ИГИЛ дискредитирован, и никто его поддерживать не будет на Западе. Да и сами они теперь боятся сказать, что американские спецслужбы являются союзниками ИГИЛ.

Мы их план скорректировали. Иначе они давно бы свергли режим Башара Асада, потом натравили бы ИГИЛ на Иран, дестабилизировали его, а дальше — к нам в Среднюю Азию и Закавказье. Вот такая долговременная стратегия. Мы остановили это. Но они сейчас хотят этот план реализовать по-другому. Стремятся сами перебросить ИГИЛ в Афганистан, а оттуда он будет наступать на Центральную Азию.

— То, что ИГИЛ вышел из-под контроля Штатов — это байки? Игиловцы воюют за деньги, а их ведь продолжают спонсировать по указке США аравийские монархии?

— Да, причем они действительно хотят не сами деньги давать, а через саудитов или исламских "Братьев мусульман", которые базируются в Лондоне. У них такое партнерство с ИГИЛ. Мы должны были с самого начала разоблачать, показывать мерзкую роль США в этом всем.

— Если представить, что в Совбезе ООН Россия поставит вопрос о прямой агрессии США против войск Сирии или предъявит доказательства о спонсировании, партнерстве с ИГ, чем это обернется? Большинство членов Совбеза никогда не посмеют пойти против США, даже воздержаться не посмеют. Получается, что мы только продемонстрируем ненужность ООН?

— ООН и так бесполезна, давно всем понятно. Но надо вопрос вынести. Это площадка, чтобы разоблачить США. Надо действовать жестко в Сирии, атаковать всю проамериканскую оппозицию. Надо по ним ракетные, бомбовые удары наносить. Выбивать все оппозиционные проамериканские силы — кроме турецких. С турками у нас пока договоренности держатся.

— Только реальные боевые действия?

— Конечно. Американцы понимают только силу. Им надо вдарить по мозгам, тогда они начнут какие-то серьезные переговоры. А если мы отменяем меморандум, потом возобновляем меморандум, потом опять отменяем — это вообще несерьезно.


Правда.ру, 23.06.2017
Михаил Владимирович Александров

Госдепом США подготовлен некий план из «трёх пунктов» по налаживанию отношений с Россией. Об этом сообщает американский медиа-портал BuzzFeed со ссылкой на высокопоставленный источник во внешнеполитическом ведомстве.

Данная «утечка» преподносится как сенсация. Однако при ближайшем рассмотрении «информация», добытая американскими журналистами оказывается набором фраз. Например, госсекретарь США Рекс Тиллерсон предлагает в отношениях с Россией «избегать действий, направленных против интересов США». Звучит очень загадочно. Допустим, имеется в виду, что практические соображения во взаимоотношениях с Россией должны преобладать над политическими амбициями. Далее, сообщается, что американцы — за сотрудничество по проблемным вопросам международной политики, таким как ситуация в КНДР и кризис в Сирии, а также в области противодействия кибершпионажу.

Что касается сотрудничества в Сирии, то благие пожелания Тиллерсона особенно актуально звучат после того, как ВВС США сбили 19 июня сирийский истребитель, а 20 июня — опять же сбили беспилотник, принадлежащий проправительственным сирийским силам.

При этом, как отмечает BuzzFedd, стратегия Тиллерсона не предполагает наращивать помощь соседним с Россией странам с целью повысить их защищенность от гипотетического вторжения Москвы. На прошлой неделе республиканцы в Сенате США подвергли Тиллерсона критике, когда он предложил сократить помощь из американского бюджета ряду стран, граничащих с РФ. В частности, было предложено уменьшить на 66 процентов финансовую поддержку Грузии.

За время президентства Дональда Трампа уже обозначилась стратегия новой администрации Белого дома, — говорит ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО Михаил Александров. — Это банальная игра «в злых и добрых полицейских». Трамп и Тиллерсон «напускают тумана» на тему того, что они бы желали улучшить отношения с Россией, но при этом не только не делают реальных шагов, но и реальных предложений по улучшению двусторонних отношений. Регулярно звучат некие расплывчатые заявления, а также возникают «утечки» в СМИ. Ясно, что на подобные вещи не стоит обращать серьёзного внимания. Цель Трампа — создать некий туманный образ перспективы улучшения отношений двух стран. Это очень напоминает «морковку для ослика». Одновременно — регулярно идёт давление на Россию через Конгресс США. В том числе со стороны Республиканской партии, которая, по идее, должна поддерживать Трампа.

Однако всё это подаётся таким образом, что, вроде бы, Дональд Трамп хочет сделать шаги навстречу России, но не может справиться ни с Конгрессом в целом, ни даже с партией республиканцев. И вот для того, чтобы смягчить суровые сердца американских конгрессменов, необходимо России сделать некие уступки, продемонстрировать «хорошее поведение». Вот тогда можно будет умаслить законодателей и, возможно, отношения между Россией и США начнут улучшаться. Всё это является не более чем игрой.

«СП»: — Что даёт основание для такого утверждения?

— Смотрите, как только американцы позволяют себе жёсткий наезд, задевающий интересы России, следуют некие «дружеские» намёки. Например, после ракетного удара по авиабазе правительственных войск Эш-Шайрат в Сирии Россия приостановила своё взаимодействие с коалицией западных войск в Сирии. И тут же в западных СМИ пошли разговоры о том, что состоится встреча Путина и Трампа во время проведения «Большой двадцатки» в июле. И не просто состоится, но и американский президент предложит на ней серьёзные компромиссные варианты по злободневным вопросам. Мы клюём на это и опять соблюдаем условия меморандума о предотвращении инцидентов и обеспечении безопасности полетов авиации в ходе операций в Сирии, заключённого с американцами.

Проходит некоторое время, американцы наносят новый удар — сбивают сирийский истребитель. И тут же новая «утечка» о том, что Тиллерсон готовит некий «план урегулирования». То есть снова расчёт на то, что руководство России поверит новой «разводке» и снова будет соблюдать меморандум, а также пойдёт на другие уступки. Американцы поняли, что прямым наскоком, как это попыталась сделать администрация Барака Обамы, Россию не взять. И вот они избрали новую более хитрую, но всё же вполне очевидную тактику. Тем не менее, часть нашей элиты, в основном пораженцы-западники, «обманываться рады» и при каждом удобном и неудобном случае начинают убеждать Владимира Путина, что с Западом лучше отношений не обострять, идти на уступки и т. д.



Однако посмотрите, ещё накануне прихода в Белый дом Дональда Трампа из США выслали ряд американских дипломатов, на что Россия не стала отвечать пропорционально. Трамп тогда одобрительно отзывался об этом «жесте доброй воли» Владимира Путина. И что теперь? Ведь совершенно во власти президентской администрации вернуть высланных дипломатов. Однако этого не делается. Я считаю, что нам целесообразно сейчас под каким-нибудь предлогом выслать такое же число американских дипломатов.

В любом случае, я убеждён, что как российскому руководству, так и экспертному сообществу необходимо отказаться от иллюзий и не ждать от США желания идти на какие-то компромиссы.

«СП»: — Американцы называют конкретные цифры — в частности, Тиллерсон фактически предлагает на две трети сократить финансирование Грузии. Реален ли такой поворот?

— Трамп действительно собирается сокращать помощь своим сателлитам по всему миру. Однако это они собирались делать по внутренним соображениям, но могут представить этот шаг, как некую уступку Москве и пожелать взамен некую уступку от нас. Вот тут российскому руководству не стоит «вестись». Кроме того, я опасаюсь, что как раз утечка про «план Тиллерсона» станет поводом для прозападных кругов российской элиты убедить Путина возобновить соблюдение меморандума по Сирии. На мой взгляд, допускать этого нельзя. Запад в наших уступках видит только слабость. Надо действовать по принципу — зуб за зуб. Вести более жёсткую линию в Сирии и на Украине.

http://svpressa.ru/politic/article/175067/

Михаил Владимирович Александров

Минобороны США проведёт модернизацию системы противоракетной обороны "Иджис" в польском посёлке Редзиково, в 250 км от Калининграда. Подрядчик ведомства Lockheed Martin Overseas обеспечит информационной поддержкой войска на месте ПРО, спроектирует новые военные объекты и разработает программное обеспечение, передает телеканал RT. Сотрудники компании также оснастят "Иджис" дополнительными боевыми системами. В соответствии с более ранним тендером Минобороны, ПРО будет включать также комплекс боевого управления и арсенал ракет-перехватчиков SM-3 радиусом поражения до 700 км.

Чего добиваются США таким образом? За разъяснениями Экспертная трибуна "Реалист" обратилась к доктору политических наук Михаилу Александрову, который прокомментировал ситуацию следующим образом:

"Непонятно, что они хотят сделать, поскольку новые ракеты SM3 Block 2B ещё не разработаны. Они готовились к вводу в строй к 2020-ому году. Однако на самом деле их не так легко разработать, потому что это совсем другой уровень противоракетного комплекса. Это сопоставимо с теми ракетами, которые стоят на обороне Москвы, и сделать такую ракету не так-то легко. По-моему, администрация Барака Обамы закрыла этот проект по дальнейшей модернизации. То, что они хотят возобновить эту программу, возможно, но я не думаю, что у них что-то быстро получится – чтобы сделать такую ракету нужно потратить очень много времени. Если речь идёт об этой новой ракете, то это был бы очень серьезный скачок. Она уже была бы способна эффективно перехватывать межконтинентальные баллистические ракеты (МБР).

В принципе SM3 Block 2A то же способна перехватывать наши МБР, но только в очень ограниченном спектре траекторий. Поскольку дальность SM3 Block 2A – 700 км, то они представляли бы угрозу, если бы мы стреляли по США через Атлантику. Но поскольку основной удар будет наноситься через Северный полюс, то в этом плане SM3 Block 2A могли бы представлять угрозу, только если наши МБР были бы расположены на западных границах страны.

В своем выступлении на VI Московской конференции по международной безопасности в апреле сего года заместитель начальника оперативного управления Генерального штаба ВС России генерал-лейтенант Виктор Познихир рассмотрел гипотетические варианты перехвата российских МБР американской SM3 Block 2A по некоторым траекториям. Речь о способности сделать это из Польши или Румынии не шла. Он привел примеры американских кораблей, оснащенных SM3 Block 2A, которые могли бы курсировать в восточной части Балтийского моря или в восточной части Баренцева моря. Но это – чисто умозрительный сценарий. В условиях реальной войны выживаемость кораблей ПРО США в этих районах составила бы 5-10 минут.

Поэтому элементы системы ПРО США в Европе пока только обозначают территорию, где могут быть развёрнуты новые американские ракеты-перехватчики, которые в перспективе до 2030 года, возможно, будут представлять угрозу для наших стратегических ядерных сил. Американцы для этого должны изобрести новую ракету, которая будет обладать большей дальностью и скоростью и должны разместить гораздо больше ракет, чем планируется для размещения в Польше сейчас. На данном этапе существующие ракеты не представляют угрозы для наших МБР, но должны рассматриваться как попытка создать задел для нарушения военно-стратегического баланса. О чем президент Владимир Путин и сказал в интервью Оливеру Стоуну, отметив, что американцы решили нарушить ядерный баланс. И правильно сказал. Но данный процесс происходит не так быстро, как пишут многие наши эксперты. Ну, а эксперты, разбирающиеся в вопросе, понимают, что американцам ещё очень далеко до того, чтобы создавать реальную систему ПРО, способную отразить наш ядерный удар.

И если, что-то и будет представлять реальную угрозу, то это не столько объекты ПРО США в Восточной Европе, сколько морская компонента американской ПРО. По существу, США способны окружить нас плотной сетью своих кораблей ПРО, и поскольку их флот господствует на океанских просторах, то выбить эти корабли быстро у нас не получится. Единственное место, где они пока не могут этого сделать – это в Северном Ледовитом океане. Большая часть океана покрыта льдом, а в доступных для судоходства районах господствует наш флот и авиация. Но американцы ведут скрытую работу, чтобы изменить баланс сил в Арктике. Они строят более совершенные многоцелевые подлодки и даже намерены строить ледоколы. Арктика может стать главным театром будущей ядерной войны России и США. Не случайно, наше руководство стало уделять столько внимания укреплению обороны Арктики. Мы развернули сейчас на многих арктических островах военные базы, фактически восстановили ту инфраструктуру, которая была заброшена после развала СССР. Тем самым мы обеспечиваем неуязвимость этого арктического направления стратегического ядерного удара по США.

Иллюстрация: AFP/Getty Images

У нас в стране разговор ведется в основном об энергоресурсах Арктики, но это только один из аспектов данного вопроса. Важно, что Арктика - основная зона, где возможно стратегическое ядерное сражение с США. Там несут службу наши подводные лодки с баллистическими ракетами для удара из-подо льда. Это основное направление удара наших стратегических МБР. А также там есть аэродромы для наших Ту-22М3 с крылатыми ракетами, которые могут, помимо наших стратегических бомбардировщиков, дотягиваться до территории США, и возможно даже для нанесения неядерного удара в рамках концепции стратегического неядерного сдерживания. То есть это всё серьезная работа. На этом фоне опасения по поводу ПРО в Польше явно преувеличены".

Михаил Александров – доктор политический наук, ведущий эксперт Центра военно-политических исследований Московского государственного института международных отношений МИД России, специально для Экспертной трибуны "Реалист"
Михаил Владимирович Александров

Законодатели США намерены нанести России «новый удар». Демократы и республиканцы в Сенате в ближайшее время представят совместный законопроект по ужесточению санкций в отношении Москвы. Об этом в воскресенье, 11 июня, сообщила газета Politico.

Главное препятствие на пути к соглашению — разногласия по поводу, насколько сильным должен стать этот «удар», говорится в статье.

По информации издания, представители Демократической партии добиваются, чтобы президенту США Дональду Трампу было запрещено смягчать существующие санкции. Кроме того, они настаивают на введении новых санкций в связи с обвинениями во «вмешательстве» России в президентские выборы в Америке.

Республиканцы настроены более осторожно, но и среди них есть те, кто поддерживает и расширение существующих санкций, и введение новых. «Если Трамп не подпишет законопроект и не накажет Россию, он предаст демократию», — заявил американский сенатор-республиканец Линдси Грэм в эфире телеканала CBS.

Если Сенат одобрит ужесточение санкций, это станет важнейшим успехом для лидера республиканского большинства Митча Макконнелла, который согласился включить санкции против РФ в процедурное голосование по законопроекту, касающемуся введения санкций против Ирана. Вместе с тем, лидер демократического меньшинства Чак Шумер предупредил: если предложенные санкции против РФ будут недостаточно жесткими, демократы откажутся от поддержки проекта санкций против Ирана, пишет Politico.

«Пакетное» голосование по Ирану и России означает, что с большой вероятностью Сенат проголосует за ужесточение антироссийских санкций. Впрочем, даже если планируемый «удар» будет нанесен, законопроекту необходимо будет преодолеть Палату представителей, чтобы попасть на подпись к Трампу.

Что стоит за инициативой Сената, пойдет ли Вашингтон на эскалацию санкционной войны с Москвой?

— США самим процессом принятия санкций пытаются оказать давление на Россию, — считает ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО, доктор политических наук Михаил Александров. — И прежде всего, на прозападную часть российской элиты, которая торгует с Западом, ездит на Запад и обучает там своих детей. Муссирование вопроса об ужесточении санкций призвано активизировать эту часть элиты, и направить ее на свержение политического руководства РФ, прежде всего, президента Владимира Путина.

Путин, на мой взгляд, до сих пор пытается маневрировать между прозападным крылом и национально-патриотическими силами. Однако именно этим маневрированием президент загоняет себя в ловушку.

«СП»: — Почему вы так считаете?

— Внутри России уже вызрела «пятая колонна», которая саботирует усилия Путина, дестабилизирует внутреннюю экономическую ситуацию, и которая в любой момент может ударить президенту в спину.

Запад подталкивает эту «колонну», постоянно повторяя: санкции не отменят, никакой жизни в России не будет, будет только хуже — если вы не свергните Владимира Путина.

«СП»: — Что делать в такой ситуации?

— Отвечать на каждое ужесточение санкций максимально жестко. Не надо пытаться проявлять благородство.

В декабре 2016 года, напомню, Путин не стал симметрично отвечать на высылку из США 35 российских дипломатов, которых американцы обвинили в причастности к кибератакам. Путин так поступил, несмотря на то, что МИД РФ рекомендовал отвечать зеркально. Возможно, это прозападные фигуры из ближайшего окружения президента убедили его, что отвечать не надо. Мол, Трамп это оценит, и когда придет к власти, отношения между Вашингтоном и Москвой быстрее восстановятся. И что получилось? Ситуация стала только хуже!

Здесь напрашиваются кадровые выводы в отношении тех, кто подтолкнул Путина к такому решению. Но президент с выводами не спешит, и тем самым создает все более критическую ситуацию внутри страны.

«СП»: — Критики ужесточения отношений с Америкой считают, что ссориться не надо, иначе российской экономике придется совсем туго. Это так?

— Мы нормально проживем, даже если у нас не будет никаких отношений с США. Напомню, мы жили без американцев большую часть нашей истории.

Сейчас экономические связи РФ и США минимальны, в политической области по всем линиям у нас идет конфронтация. В идеологической сфере между нашими странами идет борьба ценностей, а в информационной американцы только и делают, что поливают нас грязью.

Ну и зачем, спрашивается, находиться с ними в хороших отношениях? Это преклонение перед Западом, идолопоклонство, против которого еще Иосиф Сталин совершенно справедливо боролся. Это преклонение, как мы видим, до добра не довело: СССР распался, а Россия балансировала на грани развала. Путин в тот критический момент вытащил РФ из болота, но сейчас снова попадает в ловушку прозападной ориентации.

Нужно покончить с этим, и отношения с США решительно разорвать. Как только американцы увидят, что ужесточение санкций не работает, и этот подход только бьет по их собственным интересам, они давить прекратят.

http://svpressa.ru/politic/article/174396/



Михаил Владимирович Александров
В четверг, 18 мая, авиация возглавляемой США коалиции нанесла в Сирии удар по автоколонне проправительственных сил вблизи города Ат-Танф. Как следует из сообщения штаба коалиции, «эти действия были предприняты после того, как попытки России убедить проправительственные силы не продвигаться к Ат-Танфу не увенчались успехом — авиация коалиции продемонстрировала силу, а также были совершены предупредительные выстрелы».

- Удар по автоколонне — не случайность, а следствие стратегии США по выдавливанию России из Сирии, — считает ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО, доктор политических наук Михаил Александров. В рамках этой стратегии используется тактика «мелких шагов», направленных для начала на то, чтобы в определенных зонах ограничить активность ВКС России, войск Башара Асада и вооруженных формирований Ирана. По сути, американцы открыто встали на сторону сирийской оппозиции, и готовы взять на себя функции ее прикрытия с воздуха. Этими действиями США тестируют нас «на слабо», и вынуждают отступать. Понятно, что удар по отрядам, которые воюют на стороне Асада — это сигнал, прежде всего, России. Это действительно второе предупреждение Трампа, которое он посылает Кремлю. При этом США на переговорах с главой МИД РФ Сергеем Лавровым в Вашингтоне и на встречах в Астане делают вид, что все идет нормально. Внешне действительно кажется, что на сирийском направлении у Вашингтона и Москвы отличные отношения. Я же считаю, что американцы пудрят мозги Кремлю разговорами о том, что нам нужно сотрудничать в Сирии, а «на земле» четко держатся совершенно другой линии.
 Удар был нанесен в момент намечающегося визита Дональда Трампа в Израиль и Саудовскую Аравию. Президент США таким образом продемонстрировал союзникам, что намерен жестко действовать на Ближнем Востоке, и что у него есть собственная стратегия, которой он следует. Замечу, этот визит очень важен именно с точки зрения дальнейших действий против режима Башара Асада. Не знаю, почему в такой ситуации молчит президент РФ Владимир Путин. Давно пора понять, что разглагольствования американцев о каком-то сотрудничестве — это тактическая уловка, чтобы связать России руки и не дать Асаду, при поддержке российских ВКС, как можно больше разгромить оппозицию.
На мой взгляд, сейчас Путин стоит перед дилеммой: либо нам надо убираться из Сирии, признав свое поражение и отдав все США, либо надо вступать в конфронтацию с Вашингтоном. Если мы не намерены убираться, надо бить жестко и сильно — идти на ситуацию, сопоставимую с Карибским кризисом. Только после этой кризисной ситуации, я считаю, будет разрешение сирийской проблемы, и наступит ясность. Если же Путин будет постоянно отступать, нас из Сирии все равно выдавят, только с позором.  Я считаю, сирийскую оппозицию, которые прикрывали вблизи Ат-Танфа американцы, нам нужно разбомбить. У нас, в конце концов, есть боевые корабли с крылатыми ракетами на борту — вот и пусть нанесут ракетный удар по расположению оппозиции. Тогда получится, что мы ответили симметрично: американцы ударили по сирийским войскам, а мы — по оппозиции, которую опекают США. С нашей стороны это будет хорошим предупреждением Вашингтону, и тоже тестом «на слабо» — чтобы посмотреть, что в такой ситуации будут делать американцы.

http://svpressa.ru/war21/article/172704/
Михаил Владимирович Александров

Тема «мгновенного глобального удара» вновь привлекла внимание российской и зарубежной прессы после прошедшей в Москве в апреле сего года VI Московской конференции по международной безопасности. Это стало следствием некоторых высказываний, сделанных в ходе конференции заместителем начальника Главного оперативного управления Генштаба ВС РФ генерал-лейтенантом Виктором Познихиром. Рассматривая американскую программу ПРО, он указал на ее неразрывную связь с концепцией «мгновенного глобального удара». «Реализуя концепцию совместного использования наступательных и оборонительных вооружений, Пентагон приступил к созданию перспективных ударных комплексов мгновенного глобального удара», - отметил Познихир. По его словам, эти средства предназначены для нанесения «внезапных упреждающих ударов и должны обеспечить уничтожение любых целей в любой точке земного шара в течении одного часа с момента принятия решения». При этом он допустил возможность «нанесения внезапного разоружающего удара по объектам российских или китайских стратегических ядерных сил».[i]

Рассматривая системы вооружений, которые США могли бы использовать для мгновенного глобального удара, Познихир указал на крылатые ракеты (КР) «Томагавк», которые в изобилии имеются на вооружении ВМС США. Он, в частности сослался на то, что ракетные крейсера и эсминцы США могут иметь на борту более 1000 ракет «Томагавк». Поэтому, по его словам, патрулирование американских кораблей в акваториях Черного и Балтийского морей представляет угрозу для объектов в европейской части России. Познихир также упомянул американские базы ПРО в Румынии и Польше, оснащенные пусковыми контейнерами Мк-41, в которых теоретически могут быть размешены крылатые ракеты «Томагавк». Причем их установка «может быть осуществлена скрытно», и в этом случае «под прицелом американских крылатых ракет окажется вся европейская часть России». В заключение Познихир заявил, что создание средств «мгновенного глобального удара» подтверждает «стремление Вашингтона… обеспечить глобальное стратегическое доминирование».[ii]

Надо сказать, что выступление Познихира сразу же вызвало ряд вопросов. Прежде всего, было непонятно, как можно обеспечить нанесение мгновенного глобального удара за один час, если основным ударным средством выступают КР «Томагавк», имеющие дозвуковую скорость. Полет этих ракет на максимальную дистанцию с обычной боеголовкой занимает как минимум полтора часа и два с половиной часа с ядерной боеголовкой.

Еще более заинтриговало высказывание Познихира, сделанное в контексте рассуждений о «мгновенном глобальном ударе», о том, что «поступление первых комплексов в американские вооруженные силы планируется с 2020 года». Но что имел в виду генерал, совершенно непонятно. Ведь ракеты «Томагавк» были приняты на вооружение уже давно. Также известно, что изначально Пентагон рассматривал в качестве средства «мгновенного глобального удара» БРПЛ «Трайдент-2», вооруженные неядерными боеголовками. Но эта идея была забракована, поскольку отличить залп конвенциональных БРПЛ или МБР от ядерных нет никакой возможности. И на такой залп Россия просто ответила бы обычным ядерным ударом. В итоге Конгресс отказался финансировать эту программу. По тем же причинам не получила поддержки и программа развития БРПЛ средней дальности в обычном оснащении.[iii]

После этого Пентагон начал экспериментировать с различными гиперзвуковыми летательными аппаратами. ВВС занялись разработкой HTV-2, а сухопутные войска – AHW. Обе этих системы основываются на комбинации ступеней обычной МБР и гиперзвуковой планирующей боеголовки. Но испытания этих систем имели лишь ограниченный успех.[iv] Пока оба проекта находятся только в начальной стадии разработки и если и будут успешно завершены, то точно не в 2020-м году. Скорее, это произойдет к 2030-му году, а может быть и вообще никогда.

Следует также упомянуть программу «АркЛайт» (ArcLight), которая могла бы привести к созданию оружия «мгновенного глобального удара». Она предусматривала использование разгонной ступени зенитной ракеты Стандарт-3 (RIM-161 Standard Missile 3) для придания гиперзвуковой скорости планирующей боеголовке, способной поражать цели на дистанции более 3600 км. Причем выстреливаться эта ракета должна была из стандартных пусковых контейнеров Мк-41, которыми оборудованы ракетные крейсера и эсминцы США. Но эта амбициозная программа тоже не пошла. В 2012 г. ВМС США прекратили запрашивать финансирование на «АркЛайт» и с тех пор о ее возобновлении ничего не сообщалось.[v]

Как бы там ни было, но выступление Познихера произвело двоякое впечатление. С одной стороны, оно привлекло внимание к обоснованности мер противодействия со стороны России тем системам вооружений, которые США могли бы использовать в «мгновенном глобальном ударе». А это, прежде всего, развитие средств ПВО. С другой стороны, оно послужило поводом для некоторых экспертов, особенно за рубежом, утверждать о слабости российских вооруженных сил, их неспособности эффективно противостоять американским ударным вооружениям и неизбежности поражения России в ядерной войне. А это поощрило тех на Западе, кто призывал и продолжает призывать, усилить военное давление на Россию с целью принудить ее к капитуляции по важнейшим геополитическим вопросам, таким как Сирия и Украина.

Надо сказать, что ряд российских военных экспертов своими алармистскими заявлениями невольно подыграли зарубежным сторонникам военно-силового давления на Россию. В качестве примера можно привести высказывание главного редактора журнала «Арсенал Отечества» Виктора Мураховского, который в интервью ТАСС сказал: «Крылатые ракеты, которые могут быть смонтированы на объектах ПРО в Румынии и Польше, а также размещены на кораблях, будут иметь обычную часть. Ими будет наноситься удар, например, по объектам предупреждения о ракетном нападении России, также они ударят по объектам стратегических ядерных сил на территории европейской части России, по их системам боевого управления, по местам базирования. За этим первым неядерным ударом, который и "ослепит" нас, и позволит существенно снизить ответный потенциал, возможен массированный ядерный удар с территории США с целью обезоруживания России».[vi]

То есть Мураховский фактически допустил возможность проигрыша России в ядерной войне с США в случае нанесения по России «мгновенного глобального удара». Естественно, встает вопрос, насколько обоснованы такие оценки, и следует ли нам уже сейчас готовиться к капитуляции перед Западом? Чтобы ответить на него, следует, прежде всего рассмотреть военно-технические возможности США для нанесения такого удара. И как уже было показано выше, кроме старых добрых «Томагавков», у США для этого ничего нет. Преимуществом этих КР является то, что они могут базироваться на различных морских платформах.

Прежде всего, носителями КР «Томагавк» являются ракетные крейсера и эсминцы ВМС США: 22 крейсера класса «Тикондерога» имеют по 122 пусковых ячеек, где можно разместить ракеты «Томагавк», а 64 эсминца класса «Арли Берк» способны нести по 96 ракет «Томагавк». Таким образом, общий залп надводных сил ВМС США может составлять 8828 крылатых ракет. Но это только в теории. Какая то часть пусковых ячеек должна быть выделена для зенитных и противокорабельных ракет, иначе данные корабли будут беззащитны для атак с моря и с воздуха.

Если же оставить каждому кораблю, хотя бы по 10 зенитных и по 10 противокорабельных ракет, то общее количество «Томагавков» для «мгновенного глобального удара» понизится до 7108 единиц. Однако к ним следует добавить «Томагавки» подводного флота США. Они размещены на четырех переоборудованных стратегических подлодках класса «Огайо», несущих по 154 КР «Томагавк» и на 48 многоцелевых подлодках класса «Лос-Анджелес» и «Вирджиния», несущих по 12 «Томагавков» каждая. Это добавит еще 1192 КР для «мгновенного глобального удара». Таким образом, общий удар ВМС США может включать 8300 КР «Томагавк».

Теоретически в мгновенном глобальном ударе могут участвовать и стратегические бомбардировщики B-52, несущие неядерные КР воздух-земля AGM-86C (дальность 1200 км) и AGM-158B  (дальность 1000 км). В настоящее время в строю остается 44 бомбардировщика B-52, каждый из которых способен нести по 20 AGM-86C. Таким образом, ВВС США могут добавить к «мгновенному глобальному удару» еще 880 ракет. То есть общий залп ВС США может включать в общей сложности 9100 КР морского и воздушного базирования.

К этому можно теоретически добавить наземные пусковые установки Мk-41 систем ПРО США в Румынии и Польше, в которых, согласно генерал-лейтенанту Познихиру, США могут скрыто разместить КР «Томагавк». Но это будет чисто символическое увеличение. База ПРО в Румынии уже построена, и имеющиеся там пусковые установки Мk-41 могут вместить до 24 ракет «Томагавк». База ПРО в Польше еще находится в процессе строительства. Там планируется разместить три пусковых установки Мk-41 по 8 ракет в каждой, то есть те же 24 ракеты. В общей сложности получается 48 КР «Томагавк» наземного базирования. Это доводит потенциал «мгновенного глобального удара» США до 9148 ракет.

На первый взгляд, такое количество ударных средств выглядит впечатляющим, и может показаться, что их вполне достаточно, чтобы нанести обезоруживающий удар по стратегическим ядерным силам (СЯС) России. Но это только на первый взгляд. Все дело – в ограниченной дальности «Томагавков», которые с обычной боеголовкой имеют максимальную полетную дистанцию 1600 км, и то только по прямой, при благоприятном ветре и на приличной высоте. Поэтому некоторые районы территории России, где имеются пусковые шахты МБР, для удара «Томагавками» просто недоступны.

Прежде всего, это касается линии Оренбург-Челябинск-Омск-Новосибирск-Красноярск-Иркутск, до которой «Томагавки» просто не долетят ни из каких морских акваторий. При этом, естественно, отбрасываются фантастические варианты, такие, например, как заход американских кораблей или даже подводных лодок в южную часть Обской губы. Ну а авиационные ракеты AGM-86C могут достать до указанной линии только, если будут запущены уже над территорией РФ. Но это не реально, так как бомбардировщики B-52 будут легко обнаружены и сбиты нашими перехватчиками еще до выхода на дистанцию пуска.

Здесь сразу же следует оговориться, что «Томагавки» в ядерном оснащении (дальность 2500 км) и ядерные КР воздушного базирования AGM-86B с дальностью 2400 км здесь не рассматриваются, так как они не вписываются в концепцию «мгновенного глобального удара», предусматривающую применение именно конвенциональных боеголовок. А использование ядерных КР для первого удара, это уже из другой области – это классический контрсиловой ядерный удар, означающий полномасштабный ядерный ответ со стороны России.

Поэтому реалистично американский «мгновенный глобальный удар» может затронуть только европейскую часть России. Относительно безопасно такой удар флот США смог бы нанести из следующих районов:

- центральная и южная часть побережья Норвегии;

- район Датских проливов;

- западное побережье Турции.

Из этих районов США могли бы поразить объекты на северо-западе России вплоть до Твери. А на юго-западе – вплоть до Ростова-на-Дону. Массовый заход кораблей и подлодок США в Черное и восточную часть Балтийского моря совершенно исключен. В Черном море этому препятствует конвенция Монтре. Но даже если предположить, что конвенция будет нарушена, то выживаемость кораблей США в этих акваториях составит всего несколько минут. Так что массированного удара из них не получится. Точно также маловероятно, что флот США смог бы прорваться без серьезных потерь в Белое море, южную часть Баренцева моря и тем более в Карское море. Хотя можно допустить, что отдельные многоцелевые подлодки США могли бы выйти в районы пуска вблизи российских берегов в этих морях. Однако шансы выживаемости этих подлодок были бы не велики, особенно после начала запуска ракет. В любом случае число таких подлодок будет не большим. Этого будет явно не достаточно для нанесения сколь-нибудь заметного ущерба российским СЯС восточнее Москвы.

Что касается самой столицы, то эффективно достать до нее смогут только ракеты, скрыто размещенные в Польше и Румынии, что, как отмечалось, составляет пока 24 ракеты, а в перспективе 48 ракет. Причем, этим ракетам пришлось бы лететь через районы напичканные системами ПВО, так что не факт, что хотя бы одна ракета сможет долететь до заданной цели. Но даже, если бы долетели все, то ни о каком серьезном ущербе для российских систем военного управления от 48 ракет говорить просто не приходится, особенно если учесть, что за время их полета политическое и военное руководство страны может спокойно переместиться в защищенные подземные бункеры, созданные для того, чтобы выдержать ядерный удар, а не то что несколько фугасных боеголовок.

В этом контексте следует уделить особое внимание вопросу о возможности достижения внезапности при осуществлении «мгновенного глобального удара». Представляется, что при массовом ударе внезапность не достижима в принципе. Так, массовый пуск ракет в густонаселенных районах Румынии и Польши не может остаться незамеченным даже визуально, не говоря уже о специальном оборудовании, расположенном невдалеке от американских баз. Другими словами, такой пуск будет элементарно обнаружен средствами агентурной разведки, которая сразу же сообщит о нем по спутниковой связи.

Точно также невероятно себе представить незаметное сосредоточение американских ракетных крейсеров и эсминцев в потенциальных районах нанесения удара. Обнаружение такой активности сразу же повлечет за собой ответные действия России в виде рассредоточения войск в возможных районах поражения, выдвижение на перехват американских кораблей российских подводных лодок и авиации, а также подготовки к ответному удару по военным объектам США. Точно также невозможно будет замаскировать массовый взлет американских B-52 и их движение в направлении российских границ.

Поэтому относительная внезапность может быть достигнута только залпом КР «Томагавк» с подводных лодок. Это – максимум 1192 ракеты. Теоретически можно представить себе следующую комбинацию. Одна подлодка класса «Огайо» разместиться в районе Датских проливов, еще одна у побережья Норвегии. Они нанесут удар по району Калининграда, Санкт-Петербурга, Пскова, Новгорода, Мурманска, Архангельска, Кирова, Перми. В общей сложности – 308 ракет. Другие две подлодки «Огайо» ударят по Камчатке и Дальневосточным районам РФ. 24 многоцелевые подлодки США войдут в северные моря и попытаются оттуда достать Ижевск, Екатеринбург и города Поволжья. У них будет 288 ракет. Но их успех будет во многом зависеть от способности прорвать российскую противолодочную оборону в Баренцевом и Карском морях. Можно предположить, что не всем из этих подлодок удастся полностью выпустить свой боезапас. Еще 24 многоцелевые подлодки нанесут удар из Восточного Средиземноморья по Крыму и Кавказу.

При всем ущербе, который такой удар может нанести, до обезоруживающего и «ослепляющего» удара ему очень далеко. Даже в тех районах, куда смогут долететь «Томагавки», этот удар не будет являться полной неожиданностью. Дело в том, что российские загоризонтальные РЛС способны обнаруживать аэродинамические цели на дистанции в несколько тысяч км. Массовый пуск крылатых ракет не сможет остаться незамеченным для этих РЛС. Можно прозевать одну, две, может быть десять ракет, но сотни ракет прозевать нельзя. А поскольку полет КР «Томагавк» длится более часа, то этого вполне достаточно, чтобы вывести из по удара мобильные ракетные комплексы «Тополь-М» и «Ярс», а также поднять в воздух стратегическую авиацию.

Таким образом, под ударом окажутся только шахты МБР, расположенные в пределах дальности полета «Томагавков» и стратегические подлодки, находящиеся у причалов. И вот здесь в дело должны вступить системы ПВО ближнего и среднего перехвата «Тор-М2У» и «Бук-М3». Эти системы, разработанные концерном ПВО «Алмаз-Антей», являются эффективным средством борьбы с крылатыми ракетами противника. Так, вероятность перехвата «Томагавка» одной зенитной ракетой «Бук-М3» составляет 80%, а у «Тор-М2У» и того выше. Прикрытие шахтных пусковых установок МБР и подводных ракетоносцев в портах соответствующим количеством этих комплексов ПВО позволит свести результативность «мгновенного глобального удара» США почти к нулю.

Еще в меньшей степени такой удар может повлиять на систему управления вооруженными силами РФ, имеющей множество высокозащищенных и дублирующих друг друга командных пунктов, расположенных в различных частях страны и соединенных между собой несколькими видами связи. Конечно, в этом случае могут пострадать стационарные РЛС предупреждения о ракетном нападении и ПРО Москвы. В этом случае Мураховский прав: мы действительно будем «ослеплены». Однако такой результат американцам ничего не даст, поскольку наши СЯС переживут первый неядерный удар.

А массированная атака на российские СЯС конвенциональными средствами – это уже достаточное основание для ответного ядерного удара по военной инфраструктуре США. То есть ждать, когда вслед за обычными по нам полетят ядерные ракеты никто не будет. И это внушает определенную надежду на то, что военно-политическое руководство США не решится на «мгновенный глобальный удар» против России, поскольку не будет уверенно, что сможет уничтожить значительную часть российских ядерных сил. А такой уверенности, при наличии у России эффективных средств ПВО, прикрывающих районы базирования СЯС, у Вашингтона нет и быть не может. То есть сама концепция «мгновенного глобального удара» является нереализуемой ни сейчас, ни в среднесрочной перспективе. И эту концепцию следует рассматривать исключительно как средство психологического давления на российское руководство, как средство принуждения к уступкам типа того, какой являлась в свое время американская программа СОИ.




[ii] Там же.

[iii] Woolf, Amy F. Conventional Prompt Global Strike and Long-Range Ballistic Missiles: Background and Issues. Congressional Research Service. R41464. February 3, 2017. - p. 10-11.

[iv] Ibid., p. 17-19.

[v] Ibid., p. 20.

Михаил Владимирович Александров

На следующий день рано по утру посол Саудовской Аравии в Москве запросился на встречу с Министром иностранных дел России. Как это ни странно, но все участники военных действий еще не разорвали друг с другом дипломатические отношения и не отзывали послов из столиц своих военных противников. Сюрреализм происходящего не мог не бросаться в глаза. Но все улыбались друг другу, называли «партнерами» и делали вид, что так и надо. Мир все больше вползал в эру виртуальной политики и дипломатии: если о событии не сообщать или хотя бы не повторять о нем каждый день с утра до вечера в СМИ, то вроде его и нет.

Посла принял заместитель министра иностранных дел по вопросам Ближнего Востока. Он не спешил брать быка за рога. Саудовец тоже делал вид, что никуда не торопится. Они выпили чайку, обменялись несколькими, ни о чем не говорящими пассажами и постепенно перешли к главной теме визита. По-существу, посол запросил перемирия и интересовался, на каких условиях Москва была бы готова прекратить военные действия. Он также заявил, что его визит никак не согласован с США или Великобританией и он представляет только позицию своей страны. В МИД РФ предполагали, что этот разговор когда-то состоится, но не ждали, что это наступит так быстро.

Понятно, что заключать перемирие без всяких условий было бы глупо, но вот списка этих условий для передачи саудовской стороне, хотя бы в устной форме, никто не составил. За последние 30 лет, начиная с горбачевской перестройки, в МИД была потеряна школа выдвижения условий и составления ультиматумов. Над дипломатами как дамоклов меч висел тезис о том, что Россия «никому ничего не навязывает» и «каждый народ вправе определять свою судьбу». Как лозунг это, конечно, было правильно. Но этот лозунг так долго и упорно произносился на всех политических уровнях, что в него поверили даже сами говорящие и начали руководствоваться этим далеким от практической жизни принципом в реальной политике. Вот и на этот раз никому не пришло в голову заранее составить список условий. А их на самом деле можно было выставить совсем не мало.

Когда заместитель министра сообщил послу, что для ответа российской стороне потребуется какое то время, посол стал заметно нервничать. Видимо, он заподозрил худшее, что Россия специально тянет время, чтобы дойти до Эр-Рияда и навязать его стране безоговорочную капитуляцию. При этом саудовцы не столько боялись России, сколько мести Ирана, который, как они считали, наверняка захочет поквитаться за притеснения шиитов в Саудовской Аравии и за развязанную в Йемене войну против хуситов. Между тем, положение в Саудовской Аравии было хуже некуда. Армия фактически распалась. Отдельные элитные части, которые еще сохраняли верность трону, представляли из себя лишь условную боевую единицу. На их разгром хватило бы и одной дивизии ВДВ. Йеменские хуситы на юге страны перешли в открытое наступление. Поддерживаемые иранскими силами специальных операций, они занимали один город за другим, где местное шиитское большинство сразу же устанавливало свою власть и заявляло о независимости от саудовского короля. Оттягивание перемирия в этих условиях означало бы, что дни Саудовской Аравии как единого государства уже сочтены.

Расчеты на американскую помощь, как показали последние события, оказались эфемерными. Было очевидно, что американская группировка разгромлена и единственное, что она может сделать, так это отступать к Красному морю, где затем эвакуируется на морские суда. Перебросить какие то крупные силы в регион США в ближайшее время не сможет. Для проведения операции такого масштаба потребуются месяцы, а их у Эр-Рияда не было. Конечно, можно предположить, что американцы попробуют организовать войну против России на европейском театре. Но даже там быстрой победы они не добьются. Такая война может длиться несколько лет. Возможно, даже, что Запад в этой войне победит. Но только Саудовской Аравии к тому моменту уже не будет. И какое тогда, спрашивается дело, королевскому дому Саудов до исхода этой войны в Европе?

Посол не правильно понял намерения российской стороны. Последнее, чего хотела Москва это наступления вглубь Саудовской Аравии и оккупации Эр-Рияда. Российское руководство не имело даже фантазий на эту тему, не говоря уже о реальных планах. Скорейше прекращение боевых действий полностью отвечало интересам Москвы. К этому моменту все уже забыли, что война стала следствием американского удара по российским войскам, а вовсе не желанием Москвы переформатировать Ближний Восток на новый лад. Однако, коли уж судьба так распорядилась, что наши войска стояли на территории Саудовской Аравии, то было просто глупо отказываться от тех выгод, которые можно было выжать из сложившейся ситуации. Более того, это было бы не просто глупо, а даже преступно по отношению к тем российским солдатам и офицерам, которые отдали свои жизни, сражаясь в это войне.

Чтобы не расстраивать саудовского посла, заместитель министра сообщил ему, что задержка с ответом вызвана необходимостью проконсультироваться с Ираном, который внес не меньший вклад в разгром американской коалиции. И это было абсолютной правдой. Примерно через час президент России связался с президентом Ирана и обсудил с ним условия капитуляции Саудовской Аравии. Причем по большинству пунктов стороны сразу же пришли к согласию. Эти пункты включали:

- Выход Саудовской Аравии из войны и прекращение военных действий российско-иранской коалиции против саудовских войск.

- Эр-Рияд должен потребовать немедленного вывода американских и британских войск с территории Саудовской Аравии. В случае несогласия Вашингтона это сделать, Эр-Рияд должен объявить американо-британские войска оккупационными.

- Со своей стороны Россия и Иран не будут чинить препятствий выводу американских войск и не будут вести против них боевых действий, если эти войска будут выводится быстрыми темпами («Пусть также быстро уходят, как пришли», - пошутил президент России).

- Саудовская Аравия немедленно разрывает все военные соглашения с США и Великобританией.

- Российско-иранские войска могут свободно передвигаться по территории Саудовской Аравии для отражения нападения со стороны третьих стран. Если таких нападений не будет, то они останутся на прежних позициях и будут выведены с территории Саудовской Аравии через три месяца после официального согласия США признать перемирие.

- В период пребывания российско-иранских войск на территории Саудовской Аравии их снабжение продовольствием и топливом будет осуществлять саудовская сторона за свой счет.

- Эр-Рияд выплатит компенсацию в 10 млрд. долларов за материальный и физический ущерб, понесенный Россией и Ираном в ходе военных действий. Эту сумму две страны договорились поделить пополам. (Из российской доли президент России намеревался направить большую часть семьям погибших военнослужащих – по 500 тыс. долларов за каждого убитого и по 200 тыс., тем, кто получил увечья).

- Эр-Рияд также примет финансовое участие в восстановлении сирийской экономики на сумму 20 млрд. долларов, частично на коммерческой основе.

- Эр-Рияд прекращает поддержку всех исламских радикальных группировок по всему миру. Для наблюдения за соблюдением этих условий будет создана совместная трехсторонняя комиссия в составе представителей России, Ирана и Саудовской Аравии. Они будут иметь право проводить инспекции на территории Саудовской Аравии любых организаций и лиц, подозреваемых в такой деятельности. В качестве гарантии выполнения этих соглашений Саудовская Аравия переведет в ведущие российские госбанки залог на сумму 100 млрд. долларов. Деньги будут размещены на коммерческих условиях, то есть с получением процентов. Однако Эр-Рияд сможет забрать залог только после того, как совместная комиссия официально объявит, что Саудовская Аравия выполнила обязательства по противодействию терроризму.

Но один вопрос все-таки вызвал разногласия между Москвой и Тегераном. Он касался положения шиитов в Саудовской Аравии. Иранцы настаивали на немедленной автономии шиитских провинций. В Москве в принципе поддерживали полное соблюдение прав шиитских общин, включая даже их автономию. Однако, считали нецелесообразным включать этот вопрос в такой форме в текст условий перемирия. Но для иранцев это был принципиальный вопрос, пожалуй, главный из за чего они вступили в войну. Поэтому стороны долго не могли прийти к согласию.

Время шло, но результата все не было. Президенты взяли паузу. В переговоры вступили опытные дипломаты, досконально знающие специфику Ближневосточного региона. Через некоторое время привлекли ученых-исламоведов и даже видных представителей мусульманского духовенства России. В конце концов иранцев удалось убедить, что слово «автономия» из текста надо убрать, а сосредоточиться на соблюдении прав шиитских общин, «формы и стандарты обеспечения которых будут уточнены позднее в ходе дальнейших переговоров между иранской и саудовской сторонами». Окончательно, переломило настроение иранцев заявление одного старого дипломата-ираниста, который сказал на фарси: «Ну, зачем сейчас ломать копья? Вы же там присутствуете в военном отношении, и будете присутствовать дальше. А тот, на чьей стороне сила, и определит потом те самые формы и стандарты. Захотите автономию – будет автономия».

В тот же день после полудня посол Саудовской Аравии был вызван в МИД России, где ему были переданы условия заключения перемирия. Бегло просмотрев все пункты и задав несколько уточняющих вопросов, посол явно повеселел. Для него главным было подтверждение территориальной целостности Королевства. В Эр-Рияде были уверены, что иранцы вообще затребуют отделения шиитских провинций. Поэтому Король Салман разрешил соглашаться на все, что угодно, кроме расчленения страны. А тут такие обтекаемые формулировки! Это было просто идеально. В заключении беседы, посол дал понять, что он лично рассматривает данные условия как приемлемые, но естественно, должен получить согласие из столицы. После этого он поспешил откланяться, чтобы побыстрее довести важную информацию до правительства страны.

В тот день на фронте установилось некоторое затишье. Американцы не знали, что им предпринять. Саудовская армия с очевидностью развалилась и принимать дальнейшего участия в боевых действиях явно не желала. Военное командование в Эр-Рияде совсем не владело обстановкой. В этих условиях российско-иранские войска получали над американо-британской группировкой такой перевес, что им не составило бы труда быстро ее добить. Но русские в наступление не шли. А атаковать самим было равносильно самоубийству.

Не шел на контакт и официальный Эр-Рияд. Все ключевые фигуры в госаппарате, вдруг, куда то исчезли. Послы США и Великобритании не могли ни до кого дозвониться. На их звонки отвечали какие то секретари и помощники, которые вежливым, вымуштрованным голосом, на хорошем английском отвечали, что они обязательно передадут просьбу о «Вашем телефонном звонке» своему начальнику и он обязательно «Вам перезвонит». Но никто естественно, не перезванивал.

Наконец, ближе к вечеру последовало заявление Короля Саудовской Аравии Салмана, где он дал краткий обзор военной и политической обстановки, заявил, что его страна была втянута в войну помимо своей воли, что продолжение войны не отвечает интересам народа Королевства и поэтому он только что подписал перемирие с Россией и Ираном. В заявлении также содержалось требование к американо-британским войскам немедленно покинуть территорию Саудовской Аравии. Через некоторое время последовали соответствующие заявления от лидеров России и Ирана.

Вашингтон и Лондон были в шоке. Такой подставы от своего давнего союзника там не ожидали. К тому же, на следующий день выяснилось, что за несколько часов, предшествовавших заявлению Короля Салмана, саудовцы перевели большую часть своих активов из Нью-Йорка и Лондона в банки Швейцарии, Франции, Германии, Гонконга и Сингапура. Президент Трамп был в ярости. Он уже называл Саудовскую Аравию большей угрозой, чем Иран и собирался бомбить не Тегеран, а Эр-Рияд. Зато в Европе, Японии и Юго-Восточной Азии наступило ликование. На международных биржах нефть спикировала с 200 долларов за баррель к 120. Намечавшийся экономический коллапс откладывался на неопределенный срок.

В этих условиях американцы обнаружили, что они загнаны в очень узкий коридор возможностей. Продолжать войну на территории Саудовской Аравии, было уже невозможно ни физически, ни политически. Сидеть на своих позициях и не уходить, это уже означало быть оккупантами на чужой земле. Если бы США контролировали столицу, то можно было бы организовать госпереворот, поставить во главе государства своего человека, который разорвал бы перемирие с русскими и вернулся бы к союзу с США. Но в данном случае такой возможности не было. Да, и российско-иранские войска долго ждать не будут. Через пару дней они перейдут в наступление и завершат разгром американо-британской группировки.

Конечно оставался вариант применения тактического ядерного оружия. Но удар ТЯО по российским войскам означал бы ответный удар русских по американо-британским войскам. То есть от этих войск ничего не осталось бы. Зато Иран мог бы быстро перебросить в Саудовскую Аравию новые резервы и разместить их в городах. Что тогда бомбить саудовские города? Нет, применение тактического ядерного оружия ничего принципиально не изменило бы.

Правда, был еще вариант большой войны в Европе. На начальном этапе конфликта сами американцы и англичане не хотели такую войну затевать, хотя Польша и Прибалтика, вроде бы, были готовы предоставить плацдарм для развертывания американских и британских войск. Но сейчас, после того, как по европейцам ударили высокие цены на нефть, да и американская армия показала, что она далеко не всесильна, кто решится поддержать перенос боевых действий на европейский театр? Сообщения из дипломатических представительств в Европе свидетельствовали о том, что таких желающих нет.

Ну, а вести войну на европейском ТВД, не имея плацдарма на земле, выглядело как фантастика. Конечно, можно было продолжать бесконечные обмены ракетными ударами, но это не заставило бы Москву капитулировать. Русские показали, что им есть, чем ответить. И было далеко не ясно, кому такая война нанесла бы больший вред. В конце концов, российские подлодки и самолеты могли бы начать наносить удары не только по американским и британским городам, но и по торговым судам двух стран. А США и Великобритания зависели от морской торговли гораздо больше, чем Россия. К тому же, такая война вызывала бы растущее раздражение других государств мира, в том числе союзников США. И это в конце концов был путь ведущий в международную изоляцию.

Первыми тупиковость ситуации осознали прагматичные англичане, поднаторевшие за свою долгую историю в различных политических кульбитах. На следующий день после заявления саудовского короля премьер-министр Великобритании Тереза Мэй, отвечая на вопрос в парламенте по поводу войны на Ближнем Востоке, неожиданно объявила о выводе британского контингента из Саудовской Аравии. По ее словом, дальнейшее пребывание британских военнослужащих в регионе в нынешней ситуации лишено всякого смысла и она намерена распорядиться об его эвакуации в тот же день.

Заявление британского премьера звучало таким образом, как будто оно было согласовано с Вашингтоном. Но это было совсем не так. В Госдепартаменте узнали о нем из сообщения новостей. Это было еще одним шоком для администрации президента Трампа. «Младшие» союзники просто поставили их перед свершившимся фактом. И в общем-то правильно сделали. Попробуй они начать предварительные консультации с Вашингтоном, это могло бы затянуться надолго и довести до полного разгрома союзных войск в Саудовской Аравии. А тут русские предложили более-менее почетный выход из положения, даже без формальной капитуляции. Грех было этим не воспользоваться.

Заявление Лондона поставило администрацию США в безвыходное положение. Продолжать войну в полном одиночестве было бы абсолютно проигрышным решением. Такого не было даже во время войны во Вьетнаме. Поэтому президенту Трампу не оставалось ничего другого, как сделать вид, что решение о выводе войск – это совместное решение Вашингтона и Лондона.

Война на Ближнем Востоке подошла к концу. Вместе с ней уходил в прошлое и старый мировой порядок. Однополярный мир рухнул в одночасье на наших глазах. Но сделал он это не сам по себе. Дорогу в преисподнюю ему проложили русские солдаты и офицеры противовоздушной обороны, десантники, летчики и моряки, а также иранские танкисты. В который раз они доказали людям простую истину о том, что справедливого мира можно добиться только силой.

Михаил Владимирович Александров

План совместного российско-иранского наступления был разработан заранее, но он должен был быть приведен в действие чуть позже, когда американская авиация в противоборстве с российской ПВО потеряет значительную часть своих самолетов. Тогда можно было бы ввести в бой и истребительную и даже бомбардировочную авиацию России и Ирана, которая поддерживала бы наземное наступление. Но ситуация изменилась, наступать надо было без промедления. И поскольку план был уже готов, его и решили использовать, добавив лишь незначительные изменения.

Согласно плану, основной удар должны были наносить иранские танковые части по позициям саудовских войск. Хотя саудовцы обладали существенно большей ударной мощью по сравнению с американо-британской группировкой, их войска рассматривались как менее устойчивые в бою. Расчет делался на то, что не выдержав мощного удара, саудовцы достаточно быстро начнут отступать, а это позволит обогнуть американо-британскую группировку с фланга, выйти ей в тыл и окружить, а после этого добить ее совместными действиями российских и иранских войск с двух направлений. При этом вероятность того, что саудовцы перегруппируют свои силы и нанесут контрудар для деблокирования своих союзников рассматривалась как нулевая.

Для осуществления главного удара была создана группировка в составе 200 Т-72, 200 «Сафир-74», 400 БМП и БТР, 60 САУ «Гвоздика» и 50 САУ М-109, а также 50 РСЗО разных калибров иранского производства. Для усиления огневой поддержки ударной группы российское командование выделило 200 САУ «Нона-С». От воздушных ударов группу прикрывали 4 комплекса Бук-М3 и 10 установок Тор-М2. Надо отметить, что незадолго до начала сражения иранские Сафиры получили в состав своего боекомплекта по пять ракетных снарядов «Аркан», способных пробивать броню Абрамсов на расстоянии 6 км, не говоря уже об M60A3.

Саудовские войска были расположены в три эшелона. Первый эшелон готовился к наступлению, и поэтому имел в своем составе в основном мобильную бронетехнику: 100 танков Абрамс, 235 танков M60A3, 400 БМП, 50 САУ M-109, 10 РСЗО ASTROS и 5 комплексов ПВО «Кроталь». Второй эшелон, расположенный в 20 км от передовой, включал позиции полевой артиллерии, минометов, и противотанковых средств, а также 300 БМП и 5 комплексов ПВО «Кроталь». В резерве саудовцы имели 100 танков Абрамс, 100 БМП, 10 РСЗО ASTROS II и много легкой пехоты на автомобилях с ПТУР и ПЗРК.

На следующий день лишь только забрезжил рассвет системы РСЗО «Смерч» нанесли ракетные удары по второму эшелону саудовских войск. Удар произвел шоковое впечатление на противника. Готовившиеся к наступлению, саудовцы толком не оборудовали свои позиции в инженерном отношении и поплатились за это. Удар «Смерчей» нанес заметный урон легкой бронетехнике, автомобилям «Хаммер», уничтожил две установки «Кроталь», и вывел из строя 200 человек личного состава. В рядах саудовцев стала нарастать паника. Правда, она еще не передалась в первый эшелон саудовских войск укомплектованных танками и самоходными артиллерийскими установками, которые были менее уязвимы для ударов артиллерии.

Здесь надо отметить, что перед началом сражения саудовцы передали на усиление американо-британских войск 50 САУ M-109, 20 РСЗО ASTROS II и 10 передвижных комплексов ПВО малой дальности «Кроталь». Правда, от саудовских танкистов американцы благоразумно отказались, и как показали дальнейшие события, правильно сделали. Тем не менее, мобильная огневая мощь саудовских войск существенно ослабла. Теперь они располагали только 60 САУ M-109 и 20 РСЗО ASTROS. Правда, у них было еще около 100 полевых 155мм гаубиц M-114 и M-198, но они были расположены во втором эшелоне. И как показали первые минуты боя, без защищенных огневых позиций полевые гаубицы весьма уязвимы для артиллерийского огня противника. Стационарные позиции артиллерии были хорошо видны самолетам ДРЛО обеих сторон. Их расстрел «Смерчами» происходил как в тире. Сложнее было с мобильной артиллерией, которая постоянно маневрировала и была защищена от осколков снарядов собственной броней.

В ответ на огонь «Смерчей», американцы применили системы залпового огня ХИМАРС и сразу же поразили одну российскую установку. В ответ «Смерчи» перенесли удары с саудовских позиций на комплексы ХИМАРС. Завязалась скоротечная артиллерийская дуэль. Поскольку американские РСЗО в этот раз использовали обычные ракеты дальностью 90 км, они оказались в сфере досягаемости российских установок. Обмен ударами привел к потере 3 Смерчей и двух оставшихся установок ХИМАРС.

Тем временем иранские танковые колонны преодолев 30 км пути, вышли на дистанцию выстрела своих САУ М-109 и открыли огонь по первому эшелону саудовских войск. К ним присоединились иранские РСЗО, сопровождавшие ударную группу. Саудовцы открыли ответный огонь из своих САУ М-109 и РСЗО ASTROS. Возникали своеобразные артиллерийские дуэли, которые однако не вели к каким-либо заметным результатам. Точность попадания на ходу существенно снижалось, а попасть по движущимся объектам было почти невозможно. Тем не менее, разрывы снарядов наносили повреждения легко бронированной технике и автомобилям с установленными на них противотанковыми системами.

Когда же ударная группа приблизилась к передовым порядкам саудовцев на 12 км, ситуация резко изменилась. 190 оставшихся на ходу гаубиц «Нона-С» открыли по позициям противника ураганный огонь. Висевшие в небе беспилотники передавали координаты целей российским экипажам в реальном режиме времени. Это позволяло поражать даже маневрирующее объекты. В течении 20 минут удалось выбить половину саудовских САУ, уничтожить более 100 БМП и все РСЗО. Саудовцы еще надеялись на свои танки, но быстро поняли, что просчитались. Иранские танки начали расстреливать их с дальности 3 км ракетными снарядами. В первые десять минут танкового боя было уничтожено около 50 саудовских танков. Увидев как горят машины их товарищей, саудовские танкисты стали отступать, даже не пытаясь войти в ближний бой.

Надо сказать, что в течении этого периода боя американцы всячески пытались применить авиацию для бомбежки наступающих иранских танков. Но поскольку сражение происходило в зоне действия системы ПВО С-300В4 и сопровождающих танковую колонну Буков и Торов, то действия американских летчиков были не очень успешны. Подбив менее 10 иранских танков, они потеряли 10 самолетов. Попытка организовать атаку на мобильные комплексы ПВО при помощи 10-ти беспилотников также провалились. В порядках наступающих войск действовало несколько машин РЭБ «Инфауна» российских воздушно-десантных войск. Они препятствовали эффективному управлению беспилотниками и наведению ракет. Небольшое количество выпущенных ракет «Хэллфайер» было перехвачено Торами. Все 10 беспилотников были сбиты зенитными ракетами.

Между тем, отступление саудовской бронетехники продолжалось с нарастающей быстротой. Замешкавшиеся танки и БМП сразу же уничтожались огнем иранцев. Поэтому саудовцы спешили как можно быстрее выйти из зоны поражения иранских танков и попасть под защиту второго эшелона своей обороны, напичканной противотанковыми средствами. Но эти ожидания оказались тщетными. Второй эшелон саудовской обороны в течении всего боя обрабатывался ракетными и артиллерийскими ударами. Сначала это были Смерчи, затем иранские РСЗО, потом иранские САУ М-109, а уже на рубеже 12 км подключились российске САУ «Нона-С». В итоге вся полевая артиллерия и большинство тяжелых минометов саудовцев были уничтожены, также как и значительная часть противотанковых систем, смонтированных на БМП, БТР и автомобилях. А те из личного состава, кто выжил уже оставили позиции. Поэтому саудовские танки, просто перескочив через позиции второй линии обороны, продолжали откатываться в сторону Хафр-эль-Батина.

В сражении наступил кризис. Американское командование поняло, что если не принять срочных мер по стабилизации фронта, то поражение будет неминуемо. Классическим маневром в этой ситуации был фланговый удар перпендикулярно вектору движения иранской танковой армады. Это было первое решение, которое приняла американская сторона. Для контрудара была выделена группа в составе всех 100 танков Абрамс, 50 САУ М-109, 10 РСЗО ASTROS, 5 комплексов ПВО Кроталь и 150 БМП «Брэдли», многие из которых имели навесные пусковые установки для ПТУР и ПЗРК. Группу сопровождал усиленный полк (около 3 тыс. человек) британской легкой пехоты на бронированных внедорожниках, также оснащенных ПТУР и ПЗРК.

Но главную ставку американцы делали на атаку боевых вертолетов, которые должны были быстро приблизиться к иранской танковой армаде и нанести свой фатальный удар. На решение этой задачи были брошены все 170 ударных вертолетов Апач, имеющихся у американо-британской коалиции. Расстояние в 120 км они преодолели примерно за 25 минут. Летя низко над землей, Апачи долго были невидимы для радаров российской системы ПВО. Торы обнаружили их только на расстоянии 7 км, но это была уже дистанция выстрела противотанковых ракет «Хэлфайер». Открыв шквальный огонь Апачи сразу же поразили 30 иранских танков, 20 БМП и 10 САУ «Нона-С». Ударившие в ответ Торы, сбили 30 вертолетов.

Буки, в этот момент вступили в борьбу с 50 американскими самолетами, действия которых стали более эффективными, поскольку бой переместился на 70 км к югу, то есть на самую границу дальности системы ПВО С-300В4. В этом районе американские самолеты, могли уклоняться от ракет этого комплекса. А передвижение С-300В4 вперед в момент боя понизило бы их боевую эффективность. Тем более, еще не было ясности с американской РСЗО ХИМАРС, которая могла ударить по С-300В4 в любой момент. Четырем Букам-М3 было тяжело противостоять 50 американским истребителям, даже при ограниченной поддержке С-300В4. Поэтому каждый из Буков должен был прикрывать хотя бы один Тор. Огневых возможностей остальных уже не хватало, чтобы на равных бороться с таким количеством вертолетов противника.

В сражении наступил решающий момент. В этих условиях российское командование приняло решение бросить в бой все ударные вертолеты. 120 винтокрылых машин устремились вперед. Еще в самом начале наступления они были подтянуты на передовые позиции. Вертолетам потребовалось 15 минут, чтобы преодолеть расстояние до места главного боя. К этому моменту американцы подбили еще 40 единиц бронетехники, но потеряли еще 10 вертолетов. Всего у противника оставалось 130 вертолетов против 120 российских.

То что потом последовало можно назвать первым крупным вертолетным сражением в мировой истории. Боевые машины на полном ходу обменялись встречными залпами противовоздушных ракет. И тут гораздо лучше проявили себя маневренные «Аллигаторы», они выписывали невообразимые пируэты и уклонялись от ракет противника. Российским вертолетам помогали и системы РЭБ «Рычаг-АВ», которые сбивали американские ракеты с курса. Американцы тоже ставили помехи, но эффективность их комплексов радиоэлектронной борьбы оказалась намного ниже российской.

В итоге обмен первыми ударами привел к уничтожению 35 российских вертолетов и 50 Апачей. Последним было уже не до иранских танков. Но главное должно было решиться в ближнем бою. Разделяющее их расстояние, вертолеты преодолели меньше, чем за две минуты. В ход пошло пушечное вооружение. Все теперь решали такие качества, как маневренность и бронезащита боевых машин, их огневая мощь и мастерство пилотов. И если предположить, что по последнему критерию между сторонами был паритет, то во всех других российские вертолеты, особенно «Аллигатор», явно выигрывали. Практически все Апачи были уничтожены. 10 последних, увидев, что проиграли ретировались с места сражения.

У русских оставалось еще 40 вертолетов. Они получили приказ срочно повернуть на север, чтобы оказать огневую поддержку российской ударной группе, направленной на перехват американской танковой колонны, которая выдвигалась для нанесения флангового удара по иранским танкам. Ударная группа, включала 60 самоходных противотанковых пушек «Спрут-СД» (по существу всех, имеющихся в дивизиях ВДВ) и 300 БМД-2, имевшими на вооружении противотанковые комплексы «Конкурс», а также 16 установок залпового огня «Град».

Сражение между русскими войсками и американцами, первое такого рода в истории, произошло недалеко от небольшого саудовского поселка километрах в 35 южнее городка Раудат Хаббас на шоссе Рафх – Хафр-эль-Батин. На расстоянии примерно 30 км от американской ударной группы «Грады» дали первый залп реактивными снарядами 9М218 с кассетной головной частью с кумулятивно-осколочными боевыми элементами. Снаряд был предназначен для поражения легкобронированной техники – БМП, БТР, САУ и живой силы противника. Эффект был потрясающий. В первом залпе было поражено 10 САУ, 20 БМП и множество бронированных джипов британцев, а также одна установка «Кроталь». В ответ САУ и РСЗО американцев нанесли ответный удар схожими боеприпасами. Он был не менее эффективен. Было подпито 10 Спрутов и столько же БМД.

Пока РСЗО перезаряжались к месту боя прибыли российские вертолеты. Чтобы избежать поражения ракетами «Стингер», которыми была до зубов оснащена американская и британская легкая пехота, они зависли в воздухе на дальности 8 км от американской бронеколонны. С этой дистанции они могли поражать танки Абрамс при помощи ракет 9М120М комплекса Атака-В. В первом залпе они уничтожили 20 танков. Однако не все пошло так, как задумывалось. Пилоты вертолетов не ожидали, что американцев прикрывает система ПВО малой дальности «Кроталь». Прозрение наступило только тогда, когда они увидели 32 зенитные ракеты, несущиеся навстречу вертолетам. Виртуозное маневрировании и использование комплекса РЭБ «Рычаг-АВ» спасло не всех, 15 вертолетов были сбиты. Остальные прижались к земле, чтобы уйти за радиогоризонт РЛС «Кроталь». Перезарядка ракет комплекса «Кроталь» занимала меньше минуты и командир вертолетной группы это хорошо знал.

Но русским вертолетчикам повезло. У них в группе оказалось два вертолета, оснащенный перспективным противотанковым комплексом «Гермес», предназначенным для морской авиации и имеющим рабочую дальность пуска более 20 км. Эти вертолета на низкой высоте удалились от американской колонны на 18 км, где «Кротали» их достать уже не могли, и нанесли удар по этим системам ПВО. «Гермесы» сработали на отлично. Все четыре пусковые установки были уничтожены. После этого оставшиеся вертолеты вновь поднялись в воздух и стали наносить удары по американским танкам. За несколько минут боя было уничтожено еще 30 танков.

Американцы попытались поразить вертолеты огнем РСЗО ASTROS, которые использовали снаряды с электронными взрывателями. Эти снаряды взрывались в воздухе, не долетая до земли и разлетающаяся в разные стороны шрапнель теоретически могла повредить вертолеты противника. И действительно один вертолет получил удар шрапнели в двигатель, задымился и быстро пошел вниз. Но в целом эффективность такого огня была низкой. Тем более, снова ударили русские «Грады», которые уничтожили два РСЗО ASTROS.

К этому моменту американское командование уже осознало, что продвижение бронеколонны для удара во фланг иранских войск потеряла смысл. Ударная группа утратила большую часть своей огневой мощи. В строю оставались лишь 50 Абрамсов и 70 БМП «Брэдли», САУ перестали существовать, также как и комплексы ПВО «Кроталь», легкая пехота с ПТУР и ПЗРК потеряла 50% личного состава, оставшиеся РСЗО ASTROS расстреляли большую часть своего боезапаса. Между тем, русская тактическая ударная группа продолжала идти вперед, а передовые части иранцев остановились и стали подтягивать резервы из глубины обороны. Саудовские войска откатились почти до Хафр-эль-Батина. Сражение было проиграно. Оставался один вариант – отход. В этих условиях американское командование дало приказ на отступление в направлении поселка Линаха и далее на город Трубах. В этих районах российская ПВО уже не действовала и можно было рассчитывать на поддержку своей авиации.

Как только стало очевидно, что американцы начали отступать, российские воздушно-десантные части, занимавшие оборону южнее Эс-Сальмана, получили приказ выдвигаться в направлении городов Рафха и Раудат Хаббас. За десантниками двинулись российские комплексы ПВО С-300В4 и ракетные установки Искандер. Солнце уже клонилось к закату, когда отряд разведки Псковской дивизии ВДВ вышел на окраину Рафха. Американцев там уже не было. Город жил своей обычной жизнью, как будто находился в параллельной реальности, никак не связанной с циклопической битвой мировых держав.

Михаил Владимирович Александров
После разгрома американских авианосных групп на Ближнем Востоке установилось временное затишье. Стороны готовились к решающему сражению. Американцы заканчивали развертывание в Саудовской Аравии 101-ой воздушно-десантной дивизии. Иранцы пополняли техникой и боеприпасами потрепанные в боях 28-ую и 84-ую моторизованные дивизии, стоящие на границе с Кувейтом. Новороссийская, Тульская, Ивановская и Псковская дивизии ВДВ уже закончили развертывание в районе Тебриза и выдвигались по направлению к Багдаду.
Тем временем, Кувейт страстно желал выйти из войны и требовал убрать со своей территории американские войска. Вашингтон и сам склонялся к тому, чтобы передислоцировать эти войска в Саудовскую Аравию. Дело в том, что переброшенные в Саудовскую Аравию части 101-ой воздушно-десантной дивизии, были легковооруженными. Они не имели ни танков, ни самоходной артиллерия. И оставшаяся в Кувейте бронетехника была как нельзя кстати для их усиления. К тому же, в случае российско-иранского удара в обход Кувейта, эти войска оказались бы там заперты и никак не смогли бы повлиять на дальнейший ход войны.
Через пару дней решение было принято. Американские войска покинули Кувейт и передислоцировались к городу Рафха на территории Саудовской Аравии. Сразу же вслед за этим Султан Кувейта Аль Сабах провозгласил нейтралитет. Примерно в это же время российские войска покинули Багдад и стали выдвигаться в направлении иракского города Эль-Сальман, примерно в 100 км от саудовской границы. А иранцы, закончив укомплектование 28-ой и 84-ой моторизованных дивизий, двинулись в обход кувейтской территории с севера, чтобы занять позиции у саудовской границы напротив Хафр-эль-Батина.
Все теперь зависело от действий американской стороны. Выдвижение англо-американских войск к границе с Ираком означало бы, что Вашингтон намерен вести наступательные действия. Так оно в сущности и произошло. Намерения Вашингтона проявились ровно через два дня, когда российская разведка обнаружила передвижение американо-британских войск и основных сил саудитов в направлении города Рафх. Стал вырисовываться и военный план США. Он был незамысловатым – лобовой удара через Эль-Сальман на Багдад. На этом участке стал формироваться оборонительный рубеж российско-иранской коалиции.
К тому моменту уже обрисовалась и конфигурация противостоящих военных группировок. Американская коалиция имела в своем состав 101 воздушно-десантную дивизию сухопутных войск США, численностью 16 тыс. человек. На ее вооружении состояло 90 ударных вертолетов Апач, 54 буксируемые 155 мм гаубицы М777, 225 противотанковых комплексов ТОУ-2 и 6 реактивных установок M142 ХИМАРС (HIMARS). В состав группировки вошла и выведенная из Кувейта тяжелая дивизия. В ней оставалось 10 тыс. человек личного состава, 100 танков Абрамс, 200 БМП «Брэдли», 50 САУ М-109 и 20 вертолетов Апач.
Британские войска включали 16-ю воздушно-штурмовую бригаду численность 8 тыс. человек и два усиленных вертолетных полка. Бригада фактически не имела тяжелых вооружений, но располагала множеством противотанковых и переносных зенитно-ракетных комплексов, а также подвижными автомобилями повышенной проходимости с навесным вооружением. Бригада идеально подходила для быстрых беспокоящих рейдов по тылам и флангам противника. Приданные ей вертолетные полки имели на вооружении 60 ударных вертолетов Апач.
Саудовская Аравия направила в район боевых действий почти все свои боеспособные войска – три танковые и четыре механизированные бригады. Оставшиеся две бригады были связаны в других районах страны. Одна механизированная бригада вела войну с йеменскими хуситами в провинции Наджран. Положение правительственных войск там совсем ухудшилось после переброски в Йемен бригады иранского спецназа. А танковая бригада прикрывала побережье страны в районе о-ва Бахрейн, который только что был захвачен бригадой морской пехоты иранских стражей исламской революции. Опасаясь такой же операции на своем побережье, саудиты были вынуждены развернуть там в добавление к ополченцам боеспособные армейские силы.
В целом саудовский контингент включал около 40 тыс. человек личного состава, 435 танков, 800 БМП M113, 110 САУ M109, 40 РСЗО ASTROS II и 20 передвижных комплексов ПВО малой дальности «Crotale». Правда новых танков Абрамс было всего 200, остальное составляли старые, хотя и модернизированные M60A3. Саудовцы также сняли с обороны городов и перебросили на поддержку коалиционной группировки 36 буксируемых установок ПВО «Пэтриот» PAC-2.
До начала конфликта авиация саудовцев насчитывала 152 F-15, 80 «Торнадо» и 24 «Тайфуна». Однако после иранских ракетных ударов по аэродромам Саудовской Аравии более половины этих самолетов было потеряно. Так что сейчас саудовцы могли выставить только 80 истребителей, в основном F-15. К тому же, боевые качества саудовских пилотов оставляли желать много лучшего. Американцы, в общем-то, не очень и рассчитывали на саудовскую авиацию и привлекать ее к боевым действиям намеревались только в крайнем случае. Сами они перебросили на территорию Королевства 200 истребителей, из них 100 новейших F-22. Еще 50 истребителей «Тайфун» перекинули британцы.
Российская группа войск в Ираке включала Псковскую, Новороссийскую, Тульскую и Ивановскую дивизии ВДВ общей численностью 20 тыс. человек. Они имели на вооружении свыше 800 боевых машин десанта БМД-2, 216 самоходных артиллерийских орудий «Нона-С», 60 самоходных противотанковых пушек «Спрут-СД», 48 полевых орудий Д-30, значительное количество противотанковых ракет «Конкурс» и различные виды зенитных ракет ближнего действия «Стрела» и «Игла». Десантникам были приданы два дивизиона РСЗО «Град» (36 ед.) и два дивизиона РСЗО «Смерч» (8 ед.). Наличие этих РСЗО уравнивало возможности российской артиллерии с американской, так как дальность последней составляла в среднем 24-26 км., в то время как «Нона-С» могла бить только 8-12 км, а Д-30 – на 15 км.
В группировку также входили два вертолетных полка, имеющих в общей сложности 120 боевых вертолетов Ми-24В «Крокодил», Ка-52 «Аллигатор» и Ми-28Н «Ночной охотник». Причем новейшие «Аллигаторы» составляли не менее трети всех боевых машин. С воздуха российские и иранские войска прикрывали два комплекса ПВО С-300В4, 10 комплексов «Бук-М3» и 20 установок «Тор-М2». Помимо, этого в Ирак были скрыто переброшены из Сирии два комплекса «Искандер», которые существенным образом повлияли на весь ход сражения.
Иранские 28-я и 84-я моторизованные дивизии к тому моменту уже частично восстановили свои потери в людях и технике. Иранцы также перебросили в район боевых действий три танковые дивизии – 81-ую, 88-ую и 92-ую. В результате иранская группировка выросла в численности до 40 тыс. человек. Она имела на вооружении 750 танков: 300 Т-72, 300 «Сафир-74», 50 Т-62 и 100 старых американских М60А1, 1000 БМП и БТР, 60 САУ «Гвоздика» и 100 САУ М-109, а также 100 РСЗО разных калибров иранского производства.
Авиационную поддержку российско-иранской группировки должны были осуществлять около 100 российских самолетов. Среди них были новейшие модели – два Су-35С, четыре Су-30М2, четыре Су-27СМ3, три МиГ-29СМТ, четыре Су-34. Основную же массу составляли самолеты четвертого поколения МиГ-29 и Су-27, вполне конкурентоспособные с американскими F-16 и F-15, а также фронтовые бомбардировщики Су-24.  Группировку также поддерживали иранские истребители – 36 МиГ-29 и 43 F-14.
Таким образом, статистически силы сторон были примерно равны. Российско-иранская группировка имела в своем составе 60 тыс. человек, 750 танков, 1800 БМП и БТР, 376 САУ, 144 РСЗО, 120 ударных вертолетов и 179 самолетов. Американская коалиция включала 66 тыс. человек, 535 танков, 1000 БМП и БТР, 160 САУ, 46 РСЗО, 150 ударных вертолетов и 330 самолетов. Одним словом, американцы и их союзники имели существенное превосходство в авиации, но это отчасти компенсировалось преимуществом российско-иранской коалиции в ударной мощи сухопутных сил. Помимо этого, российско-иранские войска прикрывались более совершенной и интегрированной системой ПВО по сравнению с войсками американской коалиции. Поэтому исход сражения мог быть решен только профессионализмом и доблестью солдат и офицеров, их умением максимально реализовать имеющиеся преимущества и нейтрализовать преимущества противника.
Войска противостоящих сторон расположились друг напротив друга в районе судовско-иракской границы. Американская коалиция занимала позиции между Рафхой и Хафр-эль-Батином. Российско-иранская группировка сосредоточилась в промежутке между кувейтской границей и шоссе Эс-Сальман – Рафха. Саудовские войска стояли под Хафр-эль-Батином. Им противостояла иранская группировка. Американо-британские войска сосредоточились чуть ниже Рафха в районе шоссе, ведущего к Хафр-эль-Батину. Им противостояли четыре российские дивизии ВДВ.
Стороны разделяла полоса ничейной территории шириной 50 км. Такое расстояние обеспечивало невозможность обстрела собственных войск артиллерией противника. В атаку идти никто не спешил, чтобы не угодить в западню. Конечно, обе стороны имели РСЗО большой дальности, но тратить их дорогостоящие боеприпасы на удары вслепую никто не собирался. На первом этапе, стороны просто прощупывали друг друга, используя принцип «длинной руки». Самолеты ДРЛО кружили на приличном отдалении от линии фронта в зоне действия своей ПВО и вели радиоэлектронную разведку позиций противника. Время от времени в воздухе появлялись малые беспилотники другой стороны. Их тут же сбивали, но какую то информацию они, видимо, передавать успевали.
Первоначально американцы надеялись на невидимости своих F-22. Поэтому они стали прощупывать радиолокационные возможности С-300В4, время от времени вторгаясь в зону ПВО российско-иранской группировки и сразу же выходя из нее. Но оставаться незаметными им не удавалось. Возможно это было связано с тем, что на земле действовало несколько РЛС различных комплексов ПВО и самолеты облучались под разными углами. На прямом луче они, может быть, и не были бы видны, но в других проекциях отражение радиоволн было сильнее. К тому же над позициями российско-иранских сил постоянно висел самолет ДРЛО А-50. На самом деле, там действовало два самолета, которые менялись, обеспечивая постоянное присутствие в воздухе. Радары ДРЛО и наземных систем ПВО были соединены между собой в единую цифровую сеть и постоянно обменивались информацией.
Один раз зазевавшийся пилот F-22 даже нарвался на пуск по его самолету зенитной ракеты. Спасло его только то, что он находился на расстоянии 230 км от комплекса С-300В4, то есть на самой границе дальности действия радара комплекса. Получив сигнал о пуске ракеты, пилот резко бросил свой самолет к земле и ушел за радиогоризонт радара. А головка самонаведения ракеты еще не успела захватить цель. Опоздай он секунд на десять, и был бы наверняка сбит. Ракета С-300В4, имеющая дальность 400 км, достала бы его самолет даже на такой удаленной дистанции.
С российской стороны вариант воздушной атаки даже не рассматривался. Ввязаться сейчас в бой с превосходящими силами авиации противника означало сразу же потерять все самолеты и лишить себя воздушной поддержки в будущем, когда она может очень понадобиться. Поэтому расчет делался на то, что американцы пойдут традиционным путем:  попытаются нанести по российско-иранской группировке массированный воздушный удар, в ходе которого большая часть американской авиации будет уничтожена российской системой ПВО. После этого силы авиации сторон выровняются и можно будет приступать к наземной операции.
Но американцы с массированной воздушной атакой не спешили. Хотя организовать такую атаку они в принципе могли, использовав 20-30 воздушных танкеров-заправщиков, чтобы собрать ударную группировку в воздухе. В то же время, они понимали, что такая атака – дело весьма рискованное, и скорее всего, проигрышное. Ведь два комплекса С-300В4 могли в одном залпе выпустить сразу 160 ракет. Помимо этого, 10 комплексов Бук-М3 с дальностью 75 км, располагали 120 зенитными ракетами. Поэтому даже при вероятности поражения самолета одной ракетой 80% американская коалиция должна была потерять в таком бою 225 самолетов.
Но даже это не гарантировало уничтожения хотя бы одного комплекса С-300В4, поскольку каждый из них прикрывался как минимум двумя Торами. В этих условиях вероятность поражения комплекса даже восьмью авиационными ракетами была почти нулевой. Не говоря уже о том, что, увидев подготовку к массированной авиационной атаке (а скрыть атаку такого масштаба не реально), русские и иранцы подняли бы в воздух свои истребители и добили бы остатки американо-британской авиации. Таким образом, получалось, что предпринимая массированную воздушную атаку, американская коалиция могла потерять всю свою авиацию, без какой либо гарантии уничтожения обоих комплексов С-300В4. А это уже выглядело не как военная операция, а как некая авантюра.
Сначала американские военные попытались выбить С-300В4 ударами крылатых ракет «Томагавк». Но очень скоро стало ясно, что это дело бесперспективное. Удары несколькими ракетами легко перехватывались системами ПВО «Тор-М2», а массовые залпы по 30-50 ракет утаить было невозможно. Они обнаруживались средствами российской воздушной разведки, и за время подлета ракет комплексы ПВО просто перемещались на запасные позиции. В итоге «Томагавки» били по пустому месту. К тому же, русские грамотно использовали ложные надувные мишени, которые оттягивали часть ракет на себя.
Бесцельно истратив около 300 «Томагавков», американцы были вынуждены сменить тактику. Теперь они сделали ставку на ударные беспилотники. С этой целью в саудовскую Аравию было переброшено 110 беспилотников MQ-9 Reaper. В отличие от крылатых ракет беспилотники могли барражировать в воздухе, в реальном времени отслеживать перемещение комплексов ПВО и в нужный момент наносить по ним удары.
MQ-9 Reaper являл самой вершину американской технологической мысли. Он был оснащен мультиспектральной система наведения AN/AAS-52, включающей телекамеры в видимом и инфракрасном диапазонах, телевизионную систему на основе фотоумножения и лазерный дальномер-целеуказатель, предназначенный для наведения систем оружия. Каждый беспилотник мог нести по четыре ракеты «воздух-земля» AGM-114 «Хеллфайр».
Таким образом, все американские беспилотники могли в одном залпе выпустить сразу 440 ракет. Теоретически этого было более чем достаточно для прорыва обороны двух комплексов ПВО С-300В4, даже прикрытых несколькими Торами. Однако для осуществления этого залпа беспилотниками надо было подлететь к комплексам С-300В4 хотя бы на 8 км. И тут начинались проблемы. Чтобы это сделать беспилотникам надо было преодолеть эшелонированную систему ПВО российской группировки, у которой было достаточно ракет, чтобы все их посбивать еще до того, как они выйдут на дистанцию выстрела.
Для решения этой проблемы американцы разработали сложнейшую воздушную операцию. Она состояла в комбинированном ударе несколькими средствами воздушного нападения – крылатыми ракетами, самолетами и беспилотниками. Удар двумя небольшими партиями крылатых ракет по каждому комплексу отвлек бы несколько Торов, а имитация массовой атаки авиации заставило бы Буки сконцентрироваться на самолетах. В это время беспилотники, на низкой высоте, а потому невидимые радарами С-300В, проникли бы в зону ПВО российской группировки. Им должны были противостоять примерно половина из имеющихся Торов, так как другие были бы заняты крылатыми ракетами. Поскольку каждый Тор мог одновременно обстреливать только 4 цели и имел по 8 ракет на каждой установке, то примерно 20-30 беспилотников имели неплохой шанс прорваться к комплексам С-300В4 и уничтожить их.
Американский план был сложен, но выполним. Сначала все вроде бы развивалось так, как задумывалось. Два залпа по четыре ракеты «Томагавк» с подводных лодок не были замечены российскими средствами воздушной разведки. Поэтому ракеты подлетели к расположению российских войск незамеченными. Увидев их на небольшом удалении, Торы сразу переключились на их перехват. В это время в зону ПВО российско-иранской группировки вторглись примерно 150 американских самолетов и 100 беспилотников. Американские и британские летчики имели четкое задание так имитировать нападение, чтобы в него поверили. Поэтому им пришлось войти в зону ПВО на достаточную глубину. С-300В4 и Бук-М3 сразу же открыли по ним огонь. В итоге от ракет удалось увернуться далеко не всем. 50 самолетов было сбито, среди них 20 F-22.
Тем временем беспилотники на малой высоте почти достигли боевых порядков российских войск. Но тут началось непонятное. Где то на дистанции 14 км от периметра российской группировки операторы беспилотников стали испытывать сложности в управлении, их команды выполнялись с перебоями и не с первого раза, а картинка местности стала рябиться и периодически исчезать. На расстоянии 5 км. картинка местности почти полностью исчезла и наводить машины можно было только по координатам. Более того, куда реально летят беспилотники сказать было трудно. Средства независимого контроля самолета ДРЛО сообщили, что некоторые беспилотники пошли совсем не в том направлении, как планировалось.
Это работали российские средства радиоэлектронной борьбы. Военное командование американской группировки не учло этот важный фактор при планировании операции, или оно было просто уверено в том, что американские средства электронного противоборства намного превосходят российские. Между тем, еще несколько лет в десантные войска РФ поступил комплекс РЭБ «Инфауна», который с тех пор активно использовался на учениях и был хорошо освоен личным составом. К тому же, в составе российской группировки имелся новейший комплекс РЭБ «Борисоглебск-2», с небольшой командой, которая никому не подчинялась и ни с кем не общалась. О них ходили разные слухи. Поговаривали, что они из какого то суперсекретного научного института, которого официально и не существует вовсе.
Как бы там ни было, но управление беспилотниками было почти полностью потеряно, а они в это время уже находились в зоне поражения Тор-М2, которые открыли по ним огонь. Операторы беспилотников дали команду на отход, но команды не выполнялись. Беспилотники беспомощно кружили в зоне поражения Торов и один за одним уничтожались. Вернуться удалось лишь 10 из них – тем, что находились дальше других от позиций российских войск. Это был полный провал.
Впервые за многие годы американское военное командование почувствовало свою беспомощность. Пробить российскую систему ПВО никак не получалось. Что делать дальше, было тоже не понятно. В Пентагоне нарастала паника. Но тут один опытный генерал, воевавший еще во Вьетнаме, предложил простое решение. Мол, уничтожать российскую ПВО нужно не высокотехнологическими воздушными средствами, а надежными и проверенными наземными. Он, в частности, обратил внимание на наличие в составе группировки реактивной системы залпового огня M142 ХИМАРС (HIMARS). Имея всего шесть стволов, этот комплекс существенно уступал российским системам Град и Смерч по плотности огня, однако имел большую дальность поражения. А одна из его управляемых ракет MGM-140E  могла уничтожать точечные объекты на дистанции 300 км.
Указав на это обстоятельство, упомянутый генерал пояснил, что эти системы следует использовать на расстоянии 80 км от переднего края, чтобы не нарваться на ответный огонь российских Смерчей, имеющих дальность 120 км. Таким образом, ХИМАРС смог бы поражать объекты, расположенные на 170 км в глубину российских войск. До с С-300В4 он конечно, не достал бы, но вот выбить значительную часть Буков, смог бы. А после этого и массированная авиационная атака на С-300В4 стала бы возможной. И хотя MGM-140E была очень дорогой ракетой, их имелось на месте всего 80 штук, игра стоила свеч.
Надо сказать, что российское военное командование о наличии систем ХИМАРС в составе американской группировки было осведомлено, и поэтому предусмотрительно расположило комплексы С-300В4 на 300 км от передовой. Кстати говоря, система ПВО района дислокации российско-иранской группировки от такого расположения С-300В4 никак не пострадала. В первом эшелоне войск стояли системы Бук-М3, имеющие дальность обнаружения цели 100 км. А поскольку информация, поступающая от всех комплексов ПВО была интегрирована в единую систему, то получалось что дальность радара С-300В4 увеличивалась на эти самые 100 км. То есть она покрывала не только район дислокации российско-иранских войск, но простиралась на 50 км ничейной территории перед их позициями и еще на 40 км над позициями американской коалиции. То есть зенитные ракеты российского комплекса могли поражать авиацию противника даже на его территории. Правда, на такой предельной дальности американские самолеты имели хороший шанс увернуться от попадания российских ракет. Тем не менее, операции авиации США в этой зоне были затруднены.
Подготовка комплексов РСЗО ХИМАРС заняла не более двух часов. Четыре установки из шести имеющихся встали на расстоянии 80 км от передовой. Затем почти одновременно каждая установка сделала залп шестью ракетами по четырем комплексам Бук-М3, расположенным в первой полосе обороны российских войск. Один такой комплекс состоял из пяти машин, которые должны были быть уничтожены: командного пункта, станции обнаружения и целеуказания, транспортно-пусковой установки и двух самоходных огневых установок. Поражение не всех машин означало бы лишь частичный успех, так как неповрежденные машины были бы переданы в состав других комплексов. Координаты целей для американских ракет выдавал самолет ДРЛО. Он также осуществлял коррекцию их траектории по мере приближения к цели.
Имея скорость полета 42 км/мин ракеты должны были достигнуть своих целей примерно за 5 минут. По одной ракете в каждой группе было оснащено кассетными головными частями с боевыми элементами, позволяющими поражать легко бронированную технику. Эти кассетные боеголовки были оснащены электронными взрывателями, которые должны были подорвать их на определенной высоте, чтобы обеспечить эффективное поражение техники противника на площади попадания.
Радары российской системы ПВО обнаружили пуск американских через минуту после старта. Еще минута потребовалась им, чтобы рассчитать траекторию полета и точки перехвата. Еще минута ушла на разворот пусковых установок, после чего ближайшие к цели 8 Торов дали залп из 32 ракет-перехватчиков. На повторный залп времени уже не было. У зенитных ракет Торов было менее 2 минут, чтобы сблизиться с целями. Теоретически этого было вполне достаточно. И все же ракеты MGM-140 ATACMS были сложной целью. Они летели с огромной скоростью, при этом иногда корректируя траекторию полета. Поражение целей на таких скоростях находилось на границе возможностей Тора-М2.
В итоге были поражены только те американские ракеты, на которые было направлено по две ракеты-перехватчика, и то не все. Всего было сбито 8 ракет из 24. Другие могли нанести очень серьезный ущерб. Но 6 из них (цельный залп) стрелял в ложную мишень, которая являлась надувным макетом комплекса Бук, имитирующим его излучение в разных диапазонах частот. На эффективность американского удара также повлияла работа российских систем радиоэлектронной борьбы, которые включились сразу же после получения сообщения о ракетной атаке.
Поскольку траектория ХИМАРСов уточнялась по GPS, то нарушение этого сигнала российскими РЭБ внесло дополнительные ошибки в вычисление точки попадания. По существу, отклонение от этой точки увеличилось в 10 раз – с 20 метров до 200. Поэтому разрывы осколочно-фугасных боезарядов некоторых ракет произошли на достаточном удалении от цели и не повредили машины ПВО. В одном случае РЭБ нейтрализовал ракету с кассетной боевой частью, активировав ее взрыватель на достаточно большой высоте. Правда, другая взорвалась на положенной высоте, но на несколько большей дистанции от мишени, чем планировалось. Это позволило избежать поражения всего комплекса ПВО Бук. Пострадал лишь командный пункт и частично РЛС станции обнаружения.
В целом в результате удара были поражены две самоходные огневые установки, одна транспортно-пусковая установка, один командный пункт и одна транспортно-заряжающая установка (что не имело большого значения). Также одна РЛС получила повреждение кассетным боевым элементом, но сама машина не пострадала. Таким образом, общий результат атаки можно было засчитать как поражение одного комплекса Бук-М3.
Но на американской стороне царило ликование. По их оценке, по крайней мере, три комплекса Бук-М3 было уничтожено. Правда, даже это ложное ликование длилось не долго, от силы минут пять. Это было ровно столько, сколько потребовалось расчетам российских комплексов Искандер, чтобы ввести в систему наведения координаты ХИМАРСов, позиции которых были засечены артиллерийской разведкой, и дать ответный залп из четырех ракет.
Американский самолет ДРЛО обнаружил залп Искандеров, через минуту после их запуска и сразу же передал эту информацию экипажам ХИМАРСов и комплексам ПВО «Пэтриот» PAC-2. Ближайшие четыре установки «Пэтриот» почти одновременно выпустили по приближающимся «Искандерам» 16 ракет-перехватчиков, но перехват выполнить не смогли. Имеющие несколько точек изменения траектории, «Искандеры» легко уклонились от американских противоракет и накрыли позиции ХИМАРСов. Три установки были уничтожены вместе с экипажами. Четвертый экипаж, осознав, что времени на сворачивание своей установки и отвода ее из зоны поражения у них нет, бросился врассыпную. Это был бег как на олимпиаде. За минуту бойцы пробежали около 300 метров и залегли в складках местности. Их установка была уничтожена, но они выжили.
Наличие в российских войсках комплексов «Искандер» оказалось неприятным сюрпризом для американского военного командования. Теперь у американцев оставалось всего две установки ХИМАРС, но и их эффективное использование было поставлено под вопрос. То есть план уничтожения российской системы ПВО вновь становился не реальным. Но и на российской стороне особого воодушевления не было. И хотя результаты обмена ракетными ударами можно было в общем и целом охарактеризовать как ничью, российское военное командование испытывало серьезное беспокойство.
По существу, американцы продемонстрировали возможность уничтожать российские комплексы ПВО ракетными ударами. И хотя четыре установки ХИМАРС были уничтожены, точное их количество российской стороне известно не было. По штатам в дивизии могло быть от 12 до 18 штук, но могло оказаться и больше. Они могли проводить неожиданные атаки, и будучи уже осведомленными о присутствии Искандеров, сразу же отводить свой РСЗО за пределы зоны поражения российских ракет. Видимо, они не всегда бы успевали это сделать, и время от времени теряли бы свои ХИМАРСы, но такие перестрелки в конечном итоге привели бы к тому, что боеспособных Буков в войсках не осталось бы.
А без Буков, успешная массированная атака американской авиации на С-300В4 переходила из области фантастики в область реальности. И в случае такой успешной атаки поражение российско-иранской группировки становилось бы неизбежным Поэтому объединенное командование группировки приняло решение не ждать разгрома своей ПВО, а перейти в наступление.

 
Михаил Владимирович Александров
В то время как танковое сражение у Эз-Зубайра близилась к концу, американский авианосец «Гарри Трумэн» на всех парах приближался к Оманскому заливу. Еще немного и он вышел бы на дальность применения палубной авиации, которая начала бы массированные удары по иранской группировке в Ираке. Однако российская разведка ВМС заблаговременно вскрыла начало передвижения американских авианосных групп, и Генштаб быстро разработал план контрудара.
Наиболее эффективным средством поражения авианосцев являлись многоцелевые атомные подлодки «Антей» или «Ясень» с крылатыми ракетами «Гранит», «Оникс» или «Калибр-НК». Такая подлодка могла подойти достаточно близко к американским кораблям охранения авианосной группы и сделать комбинированный залп 24 ракетами, как по ближайшим кораблям охранения, так и по самому авианосцу. Это гарантировало попадание в авианосец нескольких ракет и если не потопление, то по крайней мере его серьезное повреждение.
Однако на тот момент в Индийском океане действовала только одна многоцелевая атомная подлодка К-561 «Казань», та самая, которая несколько дней назад атаковала американскую авиабазу на о-ве Диего Гарсия. Теоретически она могла бы попытаться атаковать и «Гарри Трумэн». Однако ее боезапас состоял в основном из ракет дальнего действия Калибр 3М14, предназначенных для удара по наземным целям. А противокорабельных ракет у нее было всего несколько штук. Для атаки авианосной группы их было не достаточно.
Конечно, К-561 могла тихо прокрасться в центр авианосной группы на предельной глубине 600 метров, где ее не засекла бы даже суперсовременная американская подлодка класса «Вирджиния», предельная глубина погружения которой составляла 488 метров, а рабочая еще на 100 метров выше. И прямо с предельной глубины К-561 могла торпедировать американский авианосец пятью универсальными самонаводящимися электрическими торпедами УСЭТ-80. Однако после этого удара, подводная лодка наверняка была бы уничтожена противолодочными кораблями противника.
Надо сказать, что американцы знали о существовании российской подлодки в этом районе и больше всего боялись именно такой торпедной атаки. Однако с точки зрения российского командования разменивать дорогущую и суперсовременную подлодку даже на целый американский авианосец было не очень разумно. Поэтому был выбран гораздо более сложный, но менее дорогостоящий вариант – вариант воздушной атаки. В ней приняли участие 5 истребителей Су-35, 6 дальних бомбардировщиков Ту-22М3 и воздушный танкер-заправщик. Четыре Су-35 имели на вооружении по две противокорабельные ракеты Х-59МК, а один был вооружен только ракетами воздух-воздух. Ту-22М3 имели на борту по две новейшие противокорабельные ракеты Х-32.
Чтобы обмануть космическую разведку противника, самолеты летели к месту назначения разными маршрутами. Зону боевых действий над Ираном они пересекли на сверхзвуковой скорости. Танкер-заправщик должен был встретить их в заданном квадрате. Встреча была назначена в точке Х Индийского океана, расположенной таким образом, чтобы зайти в тыл американской авианосной группы. Расчет делался на то, что с тылу российским самолетам будет противостоять один корабль охранения, так как спереди их могло быть два и даже три и по два с каждого фланга.
Встретившись с воздушным танкером в заданном квадрате и пополнив запасы топлива, самолеты приступили к атаке американской АУГ. Атака осуществлялась тремя эшелонами. В первом эшелоне шел один Су-35, не имевший противокорабельных ракет. Его задача состояла в том, чтобы обезвредить американский самолет ДРЛО E-2С «Хокай», который наблюдал за воздушной обстановкой вокруг авианосной группы. Для этого Су-35 имел на борту две ракеты воздух-воздух К37М дальностью 300 км.
Находящийся на удалении около 100 км от авианосца, «Хокай» обнаружил СУ-35 на расстоянии 500 км. Русский летчик еще не видел американца на своем радаре, но обнаружил его по радиоизлучению. Идущий на максимальной скорости 2500 км/ч, Су-35 должен был выйти на дистанцию пуска своих ракет через пять минут. В этот время в воздухе находились еще два истребителя палубной авиации США F/A-18E «Супер Хорнет», которые должны были прикрывать «Хокай» от возможной воздушной атаки. Получив от него сигнал о приближении Су-35, они устремились на помощь.
Однако собственные радары F-18 не видели российского истребителя, так как их максимальная дальность составляла всего 67 км. Конечно, их мог наводить на цель экипаж «Хокая», но последний сразу же понял, что два F-18 перехватить Су-35 не смогут и скорее всего будут сбиты вместе с самим «Хокаем». Поэтому экипаж «Хокая» решил передать задачу перехвата Су-35 системе ПВО «Иджис» эсминца класса «Арли Берк», который как раз занимал тыловую позицию в охранении авианосной группы. В принципе это было правильным решением, но и оно не могло спасти ситуацию. Сейчас все решали секунды, а их мучительно не хватало.
Экипажу «Хокая» хватило в общей сложности двух минут, чтобы обнаружить цель, определить ее тип, координаты и курс и передать всю эту информацию в командный центр системы ПВО «Иджис» эсминца «Арли Берк». Расчету ПВО «Иджис» потребовалось еще две минуты, чтобы определить точку перехвата и запустить по Су-35 зенитную ракету SM-2 повышенной дальности, а за ней еще одну. В этот момент Су-35 оставалось лететь до рубежа пуска ракет К37М всего одну минуту, а зенитной ракете SM-2 требовалось примерно 3 минуты, чтобы преодолеть расстояние до точки, где должен был произойти перехват российского истребителя. Таким образом, у русского летчика, после выхода на дистанцию выстрела, было всего две минуты, чтобы выпустить две ракеты К37М и резко уйти в глубокое пике за линию радиогоризонта радара эсминца «Арли Берк». Он отрабатывал этот прием много раз и сейчас сработал почти на автомате.
Конечно, этот маневр еще не гарантировал выживания самолета. Висящий в воздухе «Хокай», мог еще 4 минуты наводить ракеты SM-2 на пикирующий русский истребитель – те самые 4 минуты, в течении которых ракеты К37М должны были настигнуть и поразить самолет ДРЛО. Этого времени вполне хватило бы, чтобы две SM-2 уничтожили российский истребитель. И если бы экипаж «Хокая» был готов до конца выполнить свой долг, как это только что сделал русский пилот, то Су-35 был бы наверняка сбит. Однако, увидев, что к нему на огромной скорости несутся две ракеты воздух-воздух, уйти от которых не было никакой возможности, экипаж «Хокая» бросился спасать свою жизнь и поспешил покинуть самолет.
Ракеты SM-2 потеряли ориентировку, бесцельно покружили в небе и рухнули в море. А Су-35 на предельно малой высоте, около 200 метров над уровнем моря, уходил вдаль от американской авианосной группы навстречу воздушному заправщику, поджидавшему его в условленном квадрате. Летчик был в хорошем настроении. Сегодня он выполнил сложнейшую боевую задачу. Дальнейший успех операции зависел уже от других самолетов и других экипажей. И эти самолеты уже приближались к американской авианосной группе.
Во второй волне атаки участвовали четыре Су-35 с противокорабельными ракетами Х-59МК. В то время когда первый Су-35 выпустил свои ракеты по «Хокаю», они находились на удалении 550 км от места боя, за пределом дальности радара американского самолета ДРЛО. Поэтому о их существовании и тем более местоположении у американцев не было никакой информации. Получив от первого Су-35 условный сигнал, они на максимальной скорости устремились в сторону американской АУГ. Быстро преодолев первые 200 км, самолеты нырнули вниз на высоту 500 м, чтобы быть невидимыми для радаров тылового эсминца класса «Арли Берк». Им оставалось лететь еще 100 км, чтобы выйти на рубеж пуска противокорабельных ракет Х-59МК. Всю эту дистанцию Су-35 преодолели за 10 минут. Выпустив ракеты по американскому эсминцу с предельной дистанции 250 км, самолеты повернули назад.
Командование американской АУГ хорошо осознавало, что на них началось воздушное нападение, но о месте и характере предстоящего удара не имело ни малейшего представления. Как только поступил сигнал об атаке российского самолета, командование АУГ отдало приказ поднять в небо дополнительные истребители. И по прошествии 15 минут боя в воздухе находилось уже четыре F-18. Однако после того как «Хокай» рухнул в море они оказались без глаз и ушей и бесцельно барражировали над авианосной группой.
А быстро поднять второй «Хокай» службы авианосца не могли. Даже если бы этот самолет был готов к запуску на палубе авианосца, а его экипаж сидел в кабине, то потребовалось бы не менее 10 минут для того, чтобы он взлетел, поднялся на необходимую высоту и начал бы новый обзор воздушной обстановки. Но в данной ситуации самолет к взлету готов не был, так как никому не приходило в голову, что он может быстро понадобиться, а места на палубе он занимал много. Да и экипаж второго «Хокая» находился на отдыхе в разных местах авианосца и подготовка его к вылету заняла бы в лучшем случае минут двадцать. Так что командованию авианосной группы не оставалось ничего иного как понадеяться на непробиваемость системы ПВО кораблей охранения.
Между тем, 8 ракет Х-59МК, выпущенные Су-35, неумолимо приближались к тыловому эсминцу «Арли Берк». Им требовалось 15 минут, чтобы достигнуть американского корабля. Эти ракеты обладали одним существенным недостатком. Они были дозвуковыми. То есть прицелиться и попасть в них было гораздо легче, чем в сверхзвуковые ПКР «Москит», «Оникс» или «Калибр-НК». Но это только в том случае, когда ракеты уже обнаружены и хорошо видны на радаре. Однако своевременно обнаружить Х-59МК и навести на них противоракеты было совсем не легко. Они шли над поверхностью воды на предельно малой высоте – по некоторым данным, на 4 метрах, то есть даже на 3 метра ниже, чем легендарный «Москит».
А это означало, что радиогоризонт их видимости для радара AN/SPY-1D эсминца «Арли Берк» составлял примерно 19 км. Но это только в теории. Обнаружить Х-59МК на такой высоте было очень сложно из за особенности распространения радиоволн у поверхности воды. Еще сложнее было навести на них ракеты-перехватчики. Так что реальная дальность обнаружения ракеты была значительно меньше. В любом случае у операторов системы ПВО эсминца было не более минуты, чтобы навести и запустить ракеты для перехвата.
Когда ракеты Х-59МК преодолели 19-ти километровый барьер, оператор радара «Арли Берк» увидел на экране мелкие снежинки на уровне моря, которые то подскакивали от поверхности воды, то исчезали как бы проваливаясь в глубину. Эти хаотичные всплески на экране в обычной ситуации можно было бы принять за радиопомехи, вызванные волнением моря, и просто проигнорировать их. Но оператор радара ждал ракетного нападения и был чрезвычайно внимателен. Он пристально вглядывался в экран и через несколько секунд увидел, что снежинки уже перестали исчезать, выстроились в ряд и стремительно приближались. Их было много, считать было некогда. «Ракетная атака», - крикнул он, и дал команду запустить весь боекомплект ракет-перехватчиков «Си Спэрроу» («Sea Sparrow»), все 8 штук, находившихся в пусковом контейнере. Одновременно был включен весь набор средств радиоэлектронной борьбы. Однако российские ПКР Х-59МК уже захватили цель своими головками наведения и сбить их с курса при помощи радиопомех было практически невозможно.
«Си Спэрроу» когда то была отличной ракетой, которая могла на равной бороться даже с неуловимыми «Москитами». В значительной степени она таковой и оставалась. Примечательно, что в 90-е годы в период «нежной любви» между разваливающейся Россией и «победившим» Западом, американцы даже закупили партию «Москитов», именно для отработки применения и модернизации «Си Спэрроу». Но в данной ситуации это не помогло.
Даже по нормативам применения «Си Спэрроу» предназначалась для перехвата целей, летящих не ниже 6 м над уровнем моря. Навести ее на цель ниже этого уровня было чрезвычайно сложно, а тем более попасть в эту цель. Конечно скорость дозвуковых ракет была ниже, чем у «Москитов» или «Ониксов» и это давало определенный шанс, но только шанс. И три ракеты Х-59МК все-таки удалось перехватить. Еще одна, целившаяся в корму, прошла мимо (видимо РЭБ все-таки немного на нее повлияли). Но другие четыре ракеты уверенно поразили эсминец. Это было смертельное попадание. С начала боя прошло 30 минут.
Поражение эсминца «Арли Берк», прикрывавшего тыл авианосной группы, создало определенный воздушный коридор по которому можно было нанести удар по самому авианосцу. Это открыло дорогу для третьей, решающей волны воздушной атаки. В ней участвовали четыре дальних бомбардировщика Ту-22М3 с противокорабельными ракетами Х-32. Все это время они находились на дистанции 600 км от АУГ, то есть за пределами видимости самолета ДРЛО противника. Через 10 минут после того, как четыре Су-35 выпустили свой боезапас, бомбардировщики, получив условный сигнал, устремились к центру авианосной группы.
Ракеты Х-32 действовали совсем по другому принципу, по сравнению с большинством противокорабельных ракет. Они не летели у поверхности воды, а забирались на огромную высоту, а затем почти вертикально, камнем обрушивались на цель. Кинетическая энергия удара была такова, что ракеты прошибали несколько палуб крупного корабля. Перехватить Х-32 обычной зенитной ракетой, типа SM-2, было невозможно. И только появление у американцев ракеты SM-3, предназначенной для поражения боеголовок баллистических ракет, выровняло шансы.
В принципе Ту-22М3 могли выпустить свои ракеты сразу, так как Х-32 имеет дальность 1000 км. Однако осуществить точное наведение ракет с такого расстояния было сложно. Тем более, летящие на высот 40 км Х-32, могли быть достаточно рано обнаружены другими кораблями охранения и сбыты противоракетами SM-3, имеющими дальность 700 км. Поэтому Ту-22М3, включив форсаж, на высоте 8000 м преодолели за 8 минут 300 км, остававшихся до границы действия радара системы «Иджис» американской АУГ, и затем выпустили свои 8 ракет Х-32 в направлении авианосца. Ракетам оставалось пролететь еще 300 км, но не по прямой. Сначала они устремились вверх на предельную высоту, а затем почти вертикально рухнули вниз на авианосец. Время полета по этой траектории сверхскоростных Х-32 составило всего четыре минуты.
В это время ракетный крейсер класса «Тикондерога», охранявший авианосную группу с правого фланга, стоял примерно в 350 км от точки запуска ракет и в 150 км правее авианосца. Это был самый ближний корабль охранения, другие находились еще дальше. Бомбардировщики Ту-22М3, которые запустили ракеты, крейсер вообще не увидел, так как они находились за радиогоризонтом его радара. А сами ракеты он обнаружил только через минуту после их старта, когда они набрали максимальную высоту. У оператора системы ПРО крейсера оставалось всего три минуты, чтобы осуществить перехват. Одну минуту занял расчет траектории целей и точек перехвата. Еще полминуты ушло на наведение и запуск первой ракеты.
При скорости 2,7 км/с SM-3 имели определенные шансы сбить все 8 ракет Х-32, так как могли достичь точки перехвата за 61 секунду. Однако это могло бы получится только при одновременном залпе всех 8 ракет-перехватчиков и без учета времени, требующегося для набора ракетой максимальной скорости. В реальной же ситуации этого боя SM-3 смогли перехватить только две последние ракеты. Остальные со всей своей огромной энергией врезались в авианосец, нанеся ему повреждения, несовместимые с жизнью. К тому же, две ракеты имели термитные боезаряды, которые вызвали страшный пожар. И вся дальнейшая активность АУГ была уже связана не с решением боевых задач, а со спасением своих товарищей с тонущего флагмана. Через несколько часов гигантская махина «Гарри Трумэна» скрылась под водой. Сложнейшая операция по уничтожению авианосца с воздуха была выполнена.
Теперь американским войскам на Ближнем Востоке предстояло ждать подхода авианосца «Джордж Вашингтон», который получил приказ передислоцироваться из Южно-Китайского моря в Оманский залив. Ему предстояло преодолеть 7000 км, что должно было занять примерно пятеро суток. Причем двое суток он был уже в пути. Но и этому авианосцу не суждено было прибыть в район боевых действий. В районе Малаккских проливов он подвергся ракетной атаке российской многоцелевой атомной подлодки К-150 «Томск». Созданная еще в советское время специально для охоты за авианосными группами противника, эта подлодка несла на своем борту 24 смертоносных ПКР «Гранит». В 2016 году К-150 «Томск» заняла первое место по результатам стрельб по уничтожению кораблей условного противника крылатыми ракетами между многоцелевыми подводными лодками.
«Томск», находившийся на патрулировании в Тихом океане у северо-восточного побережья Австралии, получила приказ выдвинуться в Индийский океан на второй день после начала военных действий. Проделав этот путь за четверо суток, подлодка затаилась в Андаманском море. После получения приказа об атаке авианосной группы, «Томск» выбрал идеальную позицию в районе Никобарских о-вов. В этом месте большие глубины сочетались с множеством небольших островов, что делало обнаружение подводной лодки с воздуха весьма затруднительным. Сами острова являлись идеальным препятствием для обнаружения пуска крылатых ракет. К тому же, ширина прохода между о-вом Большой Никобар и Индонезией составлял всего 165 км. Это вынудило авианосную группу сжать свои боевые порядки, и расстояние между авианосцем и фланговыми кораблями охранения уменьшилось до 70 км.
Конечно, американцы действовали грамотно. Два головных корабля АУГ, пройдя через это бутылочное горлышко, начали сразу же расходиться влево и вправо, сканируя местность на наличие возможных угроз. Но запас дальности у ПКР «Гранит» был такой, что это не оставляло авианосцу шансов.
Подлодка «Томск», затаившаяся чуть севернее о-ва Большой Никобар, получила координаты цели от спутника космической разведки «Лиана» как раз тогда, когда «Джордж Вашингтон» находился в проливе между Большим Никобаром и Индонезией. Радары АУГ не смогли засечь пуски ракет, зато местные аборигены заворожено смотрели на страшное, но захватывающие зрелище, когда из под воды один за одним вырвались 24 огненных смерча и затем, повернув, исчезли за изгибом береговой линии острова. Ракеты «Гранит» шли на высоте 25 м над водой, огибая западный берег острова с севера на юг. Им предстояло проделать довольно короткий путь около - 160 км при запасе дальности 500 км.
Если бы бой происходил в открытом море, то радар AN/SPY-1 системы «Иджис» заметил бы «Граниты»  на достаточно большом удалении. Но в данном случае они были совершенно не видимы для основной группы кораблей АУГ, так как скрывались за рельефом острова. Правда, головной крейсер класса «Тикондерога», уже миновавший остров и отошедший от него километров на 40, обнаружил движение ракет, но сделать ничего не мог. Идущие со сверхзвуковой скоростью «Граниты» должны были поразить свою главную цель через 5 минут. Стрелять им в вдогонку было нечем, ибо нет еще ракет корабельной ПВО способных догнать «Граниты» на таком расстоянии.
Единственное, что смог сделать оператор системы «Иджис» крейсера – это сообщить об идущей ракетной атаке. Пока он передавал сообщение, пока его приняли и осмыслили на других кораблях охранения, прошло более минуты. Еще минута ушла на то, чтобы дежурный персонал перешел в боевой режим. За это время «Граниты» уже вынырнули из за рельефа острова. До ближайшего корабля охранения, находившегося в 14 км от берега, ракетам было лететь всего 47 секунд. У него не было шансов. Первые три ракеты нанесли по эсминцу класса «Арли Берк» смертельный удар и он быстро пошел на дно. Оставшиеся 21 ракета устремились к авианосцу, находящемуся примерно в 60 км от потопленного эсминца. На это им требовалось 2 минуты.
У авианосца тоже не было шанса. Выпущенные одним залпом из контейнера Мк41 восемь ракет «Си Спэрроу» отработали на отлично, сбив 8 «Гранитов». Однако для второго залпа времени не хватило. 13 тяжелых ракет с грохотом врезались в борт и палубу авианосца. Это был смертельный удар. «Джордж Вашингтон» накренился наоборот и стал тонуть. К тому моменту подлодка «Томск» ушла на максимальную глубину и на полном ходу направилась в южную часть Индийского океана. Найти и догнать ее у оставшихся кораблей американской АУГ не было никакой возможности. Планы США по наращиванию морской авиационной группировки в районе Оманского залива были сорваны.
This page was loaded Jul 24th 2017, 8:46 am GMT.